Category: история

Category was added automatically. Read all entries about "история".

50

По поводу сноса здания Арами 30

В Ереване снесли небольшой домик, находившийся на углу улиц Абовяна и Арами. Это самый центр города, и это был один из немногих уцелевших в Ереване домов второй половины XIX века.

Будем честными: никакой архитектурной ценности этот дом не представлял. Возможно, он даже был построен без участия архитектора – одноэтажный, простой, без претензий и изысков.

Я вижу в сносе этого домика несколько аспектов.

Во-первых, его ценность не ограничивается чисто архитектурными рамками. Он, как и любой другой дом, построенный 100-150 лет назад, является неотъемлемой частью истории Еревана. И его снос – это ампутация кусочка нашей истории.

Понятно, поэтому, почему этого нельзя было делать.

Интересно, что гордость своей историей, которую мы, армяне, если так можно выразиться, перманентно испытываем, не исключает таких акций. За два года, что я живу в Ереване, это второй исторический дом, снесенный властями (причем первый, безусловно, был значим и как памятник архитектуры). Еще одно здание (еще один памятник) обвалилось из-за бездарных действий архитекторов при полном попустительстве властей.

Единственное объяснение, которое я могу найти, это то, что история как бы существует в наших головах, а не в виде конкретных материальных объектов. Так могло случиться из-за того, что армяне на протяжении веков не имели государственности и жили все время под страхом быть изгнанными с родных мест.

И эта психология засела так глубоко, в частности, в головы власть имущих, что продолжает существовать даже сейчас, в годы Третьей республики? Возможно…

Обществу говорят: «Ничего, все камни пронумерованы, они хранятся на специальных складах, и мы обязательно отстроим эти здания заново, на новом месте».

Нельзя уничтожить историю, чтобы потом отстроить ее на новом месте. Так не бывает. И мысль о том, что такое возможно, порочна в своей сути. Это неосталинизм какой-то.

Но тут надо сказать и вот о чем. Здание на Арами 30 действительно не блещет архитектурными достоинствами. Но у него есть другие достоинства – исторические. Оно – памятник и свидетель нашей истории. Я совершенно не сторонник уничтожения свидетелей. Это очень нехорошая практика.

По имеющейся информации, здание снесли ночью. А это значит, что те, кто сносил, понимали, что делают что-то предосудительное, если хотите, морально не совсем чистое.
50

Абсурдность сегодняшней Москвы

Двух недель в Москве оказалось более чем достаточно, чтобы увидеть, как необычно и странно изменилась российская жизнь.

Последний раз я был в Москве достаточно долго, чтобы на своей шкуре почувствовать, чем живет Россия, в январе-феврале 2011 года. Изменения за четыре года очень велики. И, к большому моему сожалению, не в лучшую сторону.

Первое, что чувствуется, это, если можно так называть, милитаризация быта. В Москве стало модно носить камуфляж. Такого количества камуфляжных шляп и кепок, брюк и шортиков, маек и рубашек не было на улицах российской столицы, кажется, и во время чеченских войн.

Но, конечно, бытовая военизированность сказывается не только в этом. В страну возвращается культ Великой Отечественной войны, существовавший в СССР. Кажется, что война – и победа в войне – случились только что, а события более чем полувековой давности переживаются так, будто произошли буквально на днях. ЭТо приводит к тому, что время теряет свой смысл, потому что то, что случилось до моего рождения вдруг оказалось так же важным, как и события сегодняшние.

Мне знакомо такое воспевание войны не только по советским годам, а еще и по Беларуси начала 2000-х, когда я наблюдал, как Лукашенко строил государственную идеологию на культе прошедшей войны.

В течение двух недель начала августа Россия отметила пять (!) праздников, связанных с войной, военным прошлым или воинской славой. За 14 дней -- пять военных праздников. В среднем, это получается по одному празднику на два с половиной дня.

Смотрите: 1 августа – День тыла Вооруженных сил РФ; 2 августа – День ВДВ; 6 августа – День железнодорожных войск; 9 августа – День воинской славы России – победа у мыса Гангут; 12 августа – день ВВС. Самый известный, конечно, День ВДВ, когда центр города переполнен пьяными и полупьяными мужчинами, рвущимися в ближайший водоем. Такое впечатление, что вся Москва одевается в тельняшки, то есть значительная часть москвичей служила в ВДВ. Что, конечно, не так.

Лозунг «Крымнаш» как бы висит в воздухе. Многое намекает на Украину.

На фасаде центрального телеграфа – огромного размера дисплей, показывающий военную инфографику. Под заголовком «Россия сегодня» возникает огромный лозунг: «Вперед, к победе!» А снизу сравнительно небольшими буквами «Сталинград». Текст этой инфографики призывает к победе на сталинградском направлении – будто на дворе у нас не 2015 год, а 1943.



Проинформировав, что потери «наших» – не советских, даже не российских, а «наших» войск составляли 3280 человек в день, огромный экран сообщает: «Освобождение правобережной Украины».



Цифры 1943 и 1944 напечатаны небольшим размером. Так, что если вы едете на машине, вероятность того, что вы их не увидите, довольно велика. И не ясно, кто освободил правобережную Украину, от кого, когда и почему.

Потом на табло появляется другой текст: «23 декабря битва за Днепр завершилась».

Над ним сияет надпись «Россия сегодня».



Какая битва? Почему битва за Днепр? Кто с кем бился? И вообще, в чем дело? Ничего не ясно. Возможно, и не должно быть ясно – главное, что выиграна битва за Днепр. А уж когда она была… какая разница?

И это все – на фоне идиллических вышиванок и пасторальной дружбы русских и украинцев на станции метро «Киевская». И падения курса рубля. Но насчет падения все более или менее ясно -- это происки.



Общество раскололось. При встрече с малознакомыми людьми москвичи обязательно говорят о своем отношении к Путину. Это как визитная карточка, как утверждение кредо. И как проверка: «ты наш, или ты не наш»? Мои московские друзья явственно раскололись на два лагеря: за и против Путина. Во многих случаях они даже рассорились и друг с другом не общаются.



Еще один штрих к картине абсурдной Москвы -- разговоры об уничтожении санкционных продуктов. Причем мало кто уже помнит – какие санкции, кто их на кого наложил, почему и за что. Слово «санкции» существует как бы вне контекста.

И вне контекста – уничтожение продуктов питания. Почему их надо уничтожать? В чем их вина?

Думаете, журналисты, пишущие и рассказывающие о том, как вредны западные продукты нашим людям, верят в эту вредоносность? Сомневаюсь…

Но журналисты пишут об угрозах, которые таят в себе западные продукты. Не обязательно пищевые. Например, голландские тюльпаны. Российская пресса вовсю пишет о страшных вредителях трипсах, который завелся в тюльпанах и разносит жуткие вирусы. Однако на самом деле эти трипсы являются довольно распространенными вредителями овощных культур и даже комнатных растений. И никто из людей пока не заразился вирусами, которые они якобы переносят.

Но журналистам, пишущим о страшных трипсах, читать об этом не надо. Не надо, потому что эти самые трипсы – прекрасная иллюстрация того, как плохой запад травит наших людей. И вообще, как плохо все западное.
50

Симон Врацян о приеме по поводу переезда правительства Армении в Ереван

Из воспоминаний Симона Врацяна, который в 1918 году был членом Закавказского сейма, потом стал дипломатическим представителем Республики Армения при Освободительной армии юга России генерала Деникина, а в 1920 году был избран премьер-министром. Он стал последним премьером первой армянской республики.

Врацян рассказывает о переезде правительства Армении из Тифлиса в Эривань 9 июля 1918 года.

«Вечером состоялся официальный прием, на котором присутствовали члены Национальных советов Тифлиса и Еревана [речь об исполнительном органе армянского национального движения, избранном в 1917 году и работавшем в Тифлисе. Ереванский Совет был в подчинении тифлисского – М.Г.] и правительства, представители русского, украинского и мусульманского населения, персидский консул, германские и турецкие офицеры. Были произнесены приветственные речи, на которые ответил О. Каджазнуни: «Наше государство, – сказал он, – между прочим, называется не армянским, а Республика Армения. Это показывает, что наше государство – родина всех народов, проживающих в нем».
50

Вопрос френдам, в первую очередь, грузинским и живущим в Грузии

Друзья!

Известно, что независимость первой армянской республики была провозглашена в Тбилиси 28 мая 1918 года.

Кто может мне помочь, где именно, в каком месте, в каком здании это произошло?
50

Вопрос об истории -- или о том, как ее представляют

Вопрос азербайджанским френдам: если верить официальной азербайджанской истории, и Ереван в XVII-XVIII веках был фактически азербайджанским городом, то как объясняются примерно 200-летние "азербайджано-турецкие" войны за обладание Ереваном?

Объясняются ли они вообще, или эту часть истории просто обходят?

P.S. Очень прошу армянских френдов не затевать исторических споров. Этот мой пост -- вопрос, а не утверждение. Мне действительно интересно и важно из первых рук узнать, как эта часть истории представляется в Азербайджане.
50

Лидия Дурново. Очерки изобразительного искусства средневековой Армении

Лидия Дурново. Очерки изобразительного искусства средневековой Армении

Эта книга вошла в список десяти книг, определивших мое мировоззрение, не потому, что она дала начало новому этапу в моей жизни, а как раз наоборот: ею закончился важный для меня период увлеченности и привязанности, оставшихся со мной на всю жизнь. Книга Лидии Дурново стала символом полутора лет интереснейшей работы… Но обо всем по порядку.

Когда в Вычислительном центре Академии наук Армении решили оцифровать информацию об исторических памятниках республики, шел 1977 год.

Для того времени это решение было совершенно революционным: компьютерная техника только еще начинала развиваться. Обычная электронно-вычислительная машина – так тогда назывались компьютеры – представляла собой 4-5 огромных шкафов, которые должны были стоять в специальном кондиционированном зале. Информацию записывали на большие бобины, а данные вводили при помощи перфокарт.

Но в вычислительном центре (ВЦ), которым тогда руководил известный армянский математик Сергей Мергелян, работали люди, умеющие думать о будущем, ставить необычные для своего времени проблемы и решать их.

Одной из таких проблем было создание базы данных по историческим памятникам на территории Армении. Группа ученых разработала способы представления данных об историческом наследии Армении (говоря научным языком, создала архитектуру будущей базы данных), были разработаны классификаторы разных типов информации. Словом, если пользоваться аналогиями, то была подготовлена некая «электронная записная книжка», в которой должны были содержаться сведения об исторических памятниках.

Дело оставалось за малым – надо было собрать эти самые сведения.

Collapse )
50

Из описания ереванской жизни в XVII-XVIII веках, в период персидского владычества.

На самом деле, конечно, владычество не все это время было персидским – периодически происходили персидско-турецкие войны, в результате которых Ереван переходил из рук в руки. Был даже период во второй половине XVIII века, когда в Ереван несколько раз вводил войска грузинский царь Ираклий II, заставивший город платить ему немалую дань. При этом, что интересно, и Армения, и Грузия в то время находились под персидским владычеством.

Эти два века для ереванцев, конечно, были очень тяжелым периодом. Частые войны разоряли жителей, завоеватели угоняли горожан на свою территорию – то в Персию, то в Турцию. В таких условиях город не мог развиваться, да и его развитие мало интересовало правителей – их главной заботой было получить с горожан как можно больше денег.

В таких условиях, конечно, нравы правителей Еревана весьма напоминают «Историю одного города» Салтыкова-Щедрина.
Так, в середине XVII века правил в Ереване некий Махмад-Гули хан, который «был мужем высокомерным и своевольным»,– как пишет о нем летописец Аракел Даврижеци. Правление Махмад-Гули хана ознаменовалось такими беззакониями, что обычно покорные подчиненные написали на него несколько жалоб шаху, который распорядился арестовать правителя-беспредельщика и доставить его в Исфахан.

Спустя некоторое время в Ереване появляется новый хан. Его звали Сафи-Гули хан. Ему очень хотелось получить в свое личное пользование Эчмиадзинское озеро – водоем, находившийся недалеко от Еревана во владении церкви. Но Сафи-Гули так сильно хотел получить это озеро, что собрал войско и двинулся из Еревана на Эчимадзин. Там он взял в заложники католикоса и потребовал за него выкуп.

Другой хан, которого звали не Сафи, а Сефи-Гули, был назначен правителем Еревана и Ереванского ханства в 1670 году. Приехав туда, он сразу выписал из Тебриза проституток.

«Совсем не в наших обычаях было держать проституток», – жаловался на хана летописец диакон Закария.

Collapse )
50

Карен Даниелян

Чувствую, что обязательно должен написать об этом.

3565038514_6216b7b59e_oЧувствую... И не могу себя заставить просто нажать на клавиши, чтобы выпечатать фразу.

Скончался Карен Даниелян.

Это был чрезвычайно позитивный, крайне дружелюбный и очень добрый человек. Мы не были близкими друзьями в том смысле, что общались намного реже, чем должны были бы общаться. Но мы были близки духом, во многом разделяли общие ценности, а когда не соглашались, то всегда с уважением относились к мнению друг друга.

Я сижу перед компьютером, понимая, что должен написать еще одну фразу о том, что я потерял близкого по духу человека.

В тяжелые 90-е годы, бывало, я ходил к нему, когда нужно было куда-нибудь позвонить – мой телефон был отключен, а Карену повезло, номер его домашнего телефона начинался на цифру 52, как в кабинетах правительственных чиновников или у членов парламента. В Лондоне он жил у меня.

Карен был одним из авторов идеи телепрограммы, которую я вел в первой половине 90-х годов. Она называлась Հույս – «Надежда», и идея ее была в том, что в студию приглашались молодые люди – школьники и студенты – которые говорили об очень важных и серьезных вещах, обсуждали проблемы, беспокоившие в то время страну.

Он был хорошим журналистом, имел прекрасный литературный вкус, его слог был всегда ясным, четким и выверенным. Карен чувствовал слово. В его текстах каждое слово всегда было на своем месте. И это было как бы само собой разумеющимся -- ведь он был сыном одного из самых выдающихся армянских педагогов знаменитого Эдгара Суреновича Даниеляна.

А еще Карен был одним из моряков, обошедших на «Киликии» всю Европу.

«Киликия» -- воссозданная копия армянских купеческих средиземноморских судов примерно XII-XIII веков. Побывал корабль и в Лондоне, где мне довелось пообщаться с экипажем и, главное, провести несколько часов с Кареном, с которым не виделся несколько лет.

Как мне кажется, «Киликия» стала для него главной любовью последнего десятилетия жизни. Хотя он любил этот корабль и до путешествия, когда каждый уик-энд отправлялся на строительство корабля. И во время похода «Киликии» по Черному, Средиземному, Северному и Балтийскому морям с заходом в Атлантический океан. И после того, как «Киликия» вернулась на Севан и стала одной из достопримечательностей озера.

И скончался он на борту «Киликии». Наверно, это символично...

Совсем незадолго до смерти Карен дал мне прочитать два своих литературных произведения. Одно еще не было закончено. Я все хотел позвонить ему и рассказать о своих впечатлениях от их прочтения, поговорить о них, рассказать, как они мне понравились. Но почему-то все время откладывал звонок...
50

Марина Спендиарова. Гроздь черемухи

Продолжаю писать о десяти книгах, определивших мое мировоззрение. Это третья запись. Две другие можно найти по тэгу "книги".

Марина Спендиарова. Гроздь черемухи.

Вы эту книгу не читали – я почти в этом уверен. Но если вдруг вам захочется ее прочесть, то она была опубликована в 11 и 12 номерах журнала «Литературная Армения» за 1990 год.

Но в развитии и становлении моего мировоззрения «Гроздь черемухи» сыграла огромную роль. Она буквально перевернула мое сознание, захлестнув меня новой необоримой и жестокой правдой жизни. И было это задолго до того, как она была опубликована и даже задолго до того, как я ее прочел.

А было это так. Дочь известного композитора Александра Спендиарова Марина дружила с моим дедом. Она могла прийти к нам в любое время дня и всегда была желанной гостьей. Иногда – к сожалению, очень редко – дед мой садился за рояль, играл русские романсы, а Марина Александровна пела низким грудным контральто. Помню, что она очень не любила петь, но когда пела, это получалось как-то небывало красиво и очень чувственно.

Тогда, в детстве, я, конечно, не знал, что в конце 30-х годов Марина была восходящей звездой советской оперной сцены. Она училась в московской консерватории, ей прочили звездную карьеру, Большой театр присматривался к ней, но… с ней случилось то же, что и с миллионами советских людей. Ее арестовали, посадили и отправили в лагерь, обвинив в попытке покушения на жизнь Сталина. А все потому, что она две недели преподавала его детям английский, а потом решила отказаться от должности преподавательницы Василия Сталина, потому что это значило бы отказ от карьеры оперной певицы.

Но от вокала ей все равно пришлось отказаться.

Collapse )
50

Промежуточные итоги. По поводу установления памятника Микояну в Ереване.

Начну с того, что, как мне кажется, власти поняли, что памятник Анастасу Микояну в Ереване ставить нельзя. Поняли, потому что, с одной стороны, оказалось, что как политический деятель Микоян, мягко говоря, неоднозначен, а с другой, что если такой памятник поставить, то он долго не простоит – его будут пачкать краской, писать на нем разные тексты (куда более действенные, чем слово, которое обычно пишут на заборах), словом, этот памятник станет не символом увековечивающим политического деятеля эпохи Сталина-Хрущева, а довольно сомнительным знаком, показывающим безыдейность и недальновидность городских властей Еревана.

Но смысл моей записи не в том, чтобы констатировать очевидное, а в том, чтобы попытаться проанализировать ход споров, вызванных памятником.

Скажу сразу: аргументация противников установки памятника оказалась на удивление бедной, хотя и очень эмоциональной.

Много говорилось о шифровке Берии, где он пишет, что Микоян просит дополнительно расстрелять 700 человек в Армении. При этом почти никто не говорил о подписи Микояна на документе о расстреле 25 тысяч поляков – Катынском деле. И уж совсем никто не говорил о подписях Микояна под бумагами, обрекшими на расстрел тысячи советских людей. Скорее всего, противники установки памятника о многом и не знали.

Не блистала и аргументация сторонников установки памятника. Строго говоря, аргументации и не было, потому что, предполагаю, и они не особенно много знали о деятельности Микояна. Фразы, типа «нам не предъявили документов», «никто не проверял достоверность этих бумажек» аргументами признать нельзя.

То есть, спор-то был, но это был спор неинформированных людей.

Они спорили, но при этом аргументы не выдвигались, не рассматривались, не принимались или отвергались – стороны попросту не слышали друг друга. И это – довольно распространенный способ спора в Армении. Слушать друг друга трудно, а для того, чтобы выдвигать аргументы, надо владеть информацией. Эмоциями «забивать» противника легче. Для этого достаточно иметь хорошую глотку.

При этом я с полным пониманием отношусь к действиям внуков Микояна. Да, они должны делать все от них зависящее, чтобы увековечить память своего деда. Да, они не могут смириться с тем, что он был одним из руководителей СССР сталинского времени и должен быть признан в ответе за многие преступления режима. Да, они всегда могут сказать, что действия сталинского режима не признаны преступлениями, ничья вина не доказана, следовательно, виноватых как бы и нет вовсе.

Но дело вот в чем: спор о памятнике Микояну дал нашему обществу прекрасный повод для того, чтобы, рассмотрев нашу с вами недавнюю историю, понять, как мы жили несколько десятилетий назад, попробовать узнать это прошлое, оценить его. Но не только оценить, а и признать его и принять.

Повторю: мы должны признать свое собственное прошлое, принять его и дать ему самую строгую оценку. Но мы в очередной раз упустили эту возможность.

Кто от этого выиграл? Никто. Ни городские власти, ни общество, ни семья Микояна... Проиграли все.