Previous Entry Share Next Entry
Как я рад, что эта книга вышла в свет!
50
markgrigorian


Машинописный текст «Воспоминаний» Константина Кечека я впервые прочитал в 1993 году. Это были папки-скоросшиватели, которые я читал, главным образом, долгими зимними вечерами, под керосиновой лампой – электричества в те годы в Ереване почти не было.

Рукопись привезла из Америки дочь Кечека Мила – моя тетя. Собственно, Константин Кечек – дядя Котик, как его называли дома – постоянно присутствовал в нашей семье. Письма, которые он присылал из США, читались вслух, обсуждались, передавались из рук в руки. Он был братом моей бабушки, отец мой помнил его, да и мы были очень близки с Милой и ее семьей (я и сейчас с ними близок, что мне очень приятно).

Я был глубоко тронут «Воспоминаниями». Это был прекрасный текст, предельно откровенный, правдивый, интересный, иногда очень трогательный, написанный несколько старомодным русским языком.

Его книга начинается с потрясающего признания: «Я пишу это исключительно для себя, – пишет он в 1971 году в США, – Жена и дети этого языка не знают, а к детям, которые живут в Армении, эти страницы никогда не попадут в руки».

В то время он имел все основания так считать. Но СССР развалился, упал железный занавес, и единственный экземпляр книги оказался в Ереване. Прочитав его, я загорелся мыслью публикации. В то время мой отец был главным редактором газеты «Свобода», и мы могли из номера в номер публиковать «Воспоминания». Но когда отец связался с ним, он запретил публикацию.

«Не надо. Вас за такое упекут в Сибирь», – сказал он по телефону. И мы не смогли объяснить ему, что Армения уже независима, СССР не существует, и Сибирь для нас сейчас – самая настоящая заграница.

Так книга и осталась неопубликованной, хотя пара отрывков появилась потом в одной из ереванских газет.

А потом началось мое изгнание… Но семья Константина Кечека – его дочь и внучки – взялась за подготовку текста к печати. Привлекли и меня, в качестве соредактора. Я, разумеется, с радостью согласился участвовать в этой работе. И вот, дело закончено, книга лежит у меня на столе.

«Воспоминания» охватывают время примерно с начала Первой мировой войны и до середины 50-х годов.

Константин был сыном известного хирурга Амбарцума Кечека (и братом моей бабушки). «Воспоминания» начинаются с рассказа о детстве в Ростове начала ХХ века, революции и гражданской войне и о скитаниях семьи главврача полевого госпиталя белой армии по Северному Кавказу. Потом рассказывается, как семья Кечек пыталась эмигрировать в Англию, но вместо этого остановилась в Грузии. Рассказ продолжается – жизнь в Озургети, когда обед всей семьи зависел от того, будут ли в этот день у одного из лучших хирургов юга России пациенты, учеба в батумской гимназии, переезд в Тифлис, а потом и в Ереван, где Амбарцум Кечек стал деканом медицинского факультета университета (будущий Ереванский мединститут), главой центра переливания крови, а потом возглавил первую в новой Армении хирургическую клинику.

В «Воспоминаниях» рассказывается о первых годах советской власти в Армении, о том, как и в каких условиях строились первые гидроэлектростанция в республике – Дзорагэс и Канакергэс.

В советскую армию Кечека призвали в начале 1942 года. Он попал в Крым. Его описание отступления советских войск из Крыма получилось потрясающим и противоречило всему, что я к тому времени читал в советской литературе. Он описывает страшную неразбериху, отсутствие дисциплины, да и, попросту говоря, панику, царившую в советских войсках.

Кечек вместе с другими солдатами и офицерами оказался в плену. Сначала его вместе с другими пленными пригнали в Полтаву, в концлагерь. В 1943 году, когда советские войска перешли в наступление, его перевозят во Вроцлав. В «Воспоминаниях» Кечек называет этот город по старой русской традиции Бреславлем.

Потом описывается жизнь в плену (в Берлине), последние месяцы Третьего Рейха и первые месяцы после его падения, побег в американскую зону оккупации Германии (в Штутгарт), а затем и в США, где он и прожил до самой смерти.

Это замечательная книга, и я счастлив, что она опубликована.


  • 1
Здорово!
Очень рад за Вас!

Это и правда здорово! Спасибо большое!

а в интернете ее нет?

Пока нет, но мне очень хочется ее выставить.

Поздравляю! Рада за Вас!

Большое спасибо!

Поздравляю!Это очень важно, что такие книги выходят. Воспоминания один из самых интересных источников для познания истории. Уверена, там много всего интересного! Если появится в интернете, будет просто, отлично. Мне очень любопытно будет почитать.

Спасибо за поздравление! И если книга появится в сети, я об этом обязательно напишу.

Книга действительно выглядит очень интересной. Интересно, что мешает ее опубликованию в сети - технические или финансовые соображения?

Ничто не мешает. Думаю, мы через некоторое время это сделаем.

Марк, вам пора бы

и о себе написать книгу, у вас, насколько я это понял, много чего есть сказать

Re: Марк, вам пора бы

Ох, пора... Но у меня все время есть какие-то сомнения: получится ли такая книга интересной, будут ли ее читать... Как-то не хочется писать "просто", чтобы удовлетворить свои амбиции. А будут ли читать -- не знаю...

А презентация? И ваще, куда исчез?

Re: Поздравляю

Работаю... Давай созвонимся.

Когда сможешь

Самая верная история обычно в словах людей, ее проживающих.
С рождением книги!

Спасибо! Как ваш новый рюкзак?

Ооой, девчачья радость) Любуюсь, стоит в мастерской на самом видном месте, уже видит сны о новых дорогах - скорее бы.

Вот только знакомые каждым сантиметром своим карты Крыма боюсь открывать, честно. Аж руки дрожат.

(тихо, тоном заговорщика) Армения, Армения, Армения...

Сама хочу!
Я как-то увидела в интернете фотографию Татевского монастыря, после чего он мне даже снился несколько раз. Всё кажется что тот чистый воздух можно ложками собирать и как настойку по маленьким пузырькам разливать. Ну это так, фантазии)

А я завтра еду к еще одной потрясающей церкви -- называется Нораванк. Вечером будут фотографии!

поздравляю! :)

Спасибо! Эта книга уже есть в вашей библиотеке. Читайте, мне интересно ваше мнение.

Очень рад был это прочесть. Поздравляю тебя!
И до чего трогательно было это признание - человека, пишущего для себя и не надеющегося, что его прочтут. Ну, вот - и эта рукопись не сгорела.
Надеюсь, что удастся познакомиться с самим текстом.

Пришлите ваш адрес (я помню улицу, номер дома, но не помню индекса и номера квартиры) -- и я сразу же вышлю вам книгу.

  • 1
?

Log in

No account? Create an account