Previous Entry Share Next Entry
Продолжение беседы о ереванской архитектуре
50
markgrigorian
Мы начали эту беседу в Facebook, но продолжаю я ее в ЖЖ только потому, что Facebook текста такого объема не выдержит. Не предусмотрен он для этого...

Для того, чтобы яснее было, о чем я говорю с Евой Саркисян – большой умницей, собеседницей, с которой я не спорю, а именно беседую, – приведу отрывок из ее коммента к моему замечанию, касающемуся вопроса что делать с зданиями, которые нам по разным параметрам не нравятся.

Скажу еще раз: мы с Евой во многом согласны. Я бы не хотел рассматривать этот разговор в категориях спора.

Вот что написала Ева:

"… снесение зданий, которые функционально, идеологически, эстетически не соответствуют настоящему и его требованиям, для меня в принципе приемлемо, весь вопрос в том, кто это решает и на основе каких аргументов".

"Знаете, я думаю, что люди вообще и мы армяне в частности, слишком неадекватно и неконструктивно, не созидательно привязаны к прошлому, к истории, к памяти".

"Надо уметь выбрасывать изношенную любимую одежду, в которой, например, встретил первую любовь, билеты и программки с выставок и концертов, на которые вместе ходили.  Дворы нашего детства это дворы не нашего, а уже чужого детства, они могут меняться, город, в котором мы росли и который стал координатной системой нашего мировосприятия не должен удерживать свой облик только для того, чтобы у нас не распалась система мировосприятия".

"Да, он стал нашей точкой опоры в жизни, но если он – город – не будет меняться, подстраиваться под реальность, он уже никогда не станет точкой опоры для новых поколений
".

Давайте сначала рассмотрим вопрос в целом: приемлемо ли снесение "устаревших" зданий.

Я не считаю, конечно, что все здания города должны стоять вечно (получилось в рифму, но непреднамеренно). Какие-то строения так или иначе уходят, уступая место другим, более современным и нужным. Вопрос в том, что я не согласен со всеми категориями, выдвинутыми Евой.

Начнем сначала, с функционального соответствия настоящему времени.

Если бы критерий функциональности был важен, то до нас не дошли бы здания санктпетербургского Эрмитажа, парижского Лувра и даже построенного относительно недавно (по сравнению с этими дворцами) нью-йоркского Метрополитен-музеума.

Ведь ни одно из этих зданий функционально не соответствует требованиям и стандартам современного музейного дела. Но вместо того, чтобы их сносить и на этом месте строить новые здания, владельцы и архитекторы бережно их ремонтируют, чтобы привести к современному состоянию.

Также функционально не соответствовали современным требованиям здание Большого театра в Москве, Мариинского в Петербурге (да и ереванский оперный театр тоже не очень…). Только, вот, здания московского и петербургского театров не снесли, а реставрировали, а насчет ереванского здания пока ничего не говорится.

Получается, что функциональность, особенно когда речь идет о крупных общественных зданиях, не оправдывает их снесения.

Не оправдывает снесения и идеологическая наполненность зданий. Ведь если бы было так, то, было бы снесено здание германского Бундестага, не существовало бы сегодня Кремлевского дворца съездов или, скажем, здания ЦК компартии Литвы (арх. Март Порт). Да и зачем далеко ходить? В Ереване в здании Дома политпросвещения им. Шаумяна сегодня расположен Американский университет, в здании ЦК КП Армении – парламент… Получается, что идеология не "прикреплена" к зданию, а те же самые стены могут обслуживать разные идеологии.

Перейдем к эстетике. Скажу сразу: я считаю, что здание кинотеатра "Россия" в Ереване – эстетически совершенно неприемлемо. Не будем уходить в детали, но, при всем моем уважении к авторам, эстетически оно не получилось. Не вписалось в Ереван. Но я считаю, что его обязательно надо сохранить. Без него трудно – если не невозможно – говорить о развитии Еревана, о становлении его архитектуры, его облика.

Собственно, если бы мы говорили о возможности сноса зданий по эстетическим принципам, то, представь, как бы в эпоху ренессанса разобрались с готическими зданиями, во времена барокко – с дворцами ренессанса, с наступлением ампира, по этой логике, должны были бы начать разрушать здания барокко и классицизма, а конструктивисты должны были скинуть с корабля современности все предыдущие эпохи как не соответствующие современным требованиям.

Ничего этого, слава Богу, не случилось.

Получается, что ни один из перечисленных тобой критериев, также как и все три вместе, не может быть основанием для сноса общественных зданий, значимых для городов.

Теперь давай поговорим об изношенной одежде.

Это, как мне кажется, неверное сравнение. Вернее было бы сравнивать здания с предметами мебели, а не с одеждой. Особенно, если мы сравниваем город с домом, в котором живем. А когда мы говорим о предметах мебели, то, выбрасывая старый буфет, мы не просто избавляемся от устаревшей деревянной конструкции.

Мы выбрасываем буфет, который сделал для моего прадеда столяр-мастер Сурик с соседнего квартала. Мы выбрасываем буфет, в который прабабушка прятала от детей конфеты, а бабушка – похоронки на мужа и брата, не вернувшихся с фронта. Мы выбрасываем тот самый предмет мебели, в который заглядывали сами, чтобы найти там кусочек мармелада…

А что мы получаем взамен? Румынскую стенку мы получаем. Стенку, у которой нет истории, которая не несет с собой воспоминаний. Собственно, ничего не несет… Можно, конечно, говорить о том, что она будет нести воспоминания для наших детей, когда они вырастут. Но, таким образом, мы лишаем наших детей всей семейной истории.

А может, правда, пусть растут без нее?

Наверно, теперь как раз и пришла пора поговорить об истории и о нашем отношении к ней.

И снова в главном я с тобой согласен: надо двигаться вперед. Надо думать о будущем и идти в будущее.

Вопрос в том, как идти, и как должно это движение транслироваться в архитектуру.

Конечно, если постоянно сносить одни дома и строить на их месте другие, в будущее мы не придем, потому что через какое-то количество лет будут снесены вновь отстроенные, чтобы на их месте поставить ультрановые, которые, в свою очередь, тоже будут снесены, когда появятся мегановые. Это не выход.

Развитие центробежное, когда с приходом новой эпохи, новых мыслей, строятся новые здания на новом месте, – оно, конечно, выглядит более привлекательно, но и оно не вечно – в какой-то момент новые места исчерпают себя, и надо будет снова что-то делать.

Есть такая закономерность у нашего общества: мы не видим время как нечто, двигающееся линейно, в одном направлении. Прошлое для нас так же реально, как и будущее. Мы пробуем жить во все времена одновременно – так, как будто сейчас еще существует Армения Тиграна Великого, и Армения эпохи расцвета Ани, и Армения, разорванная между Османской и Российской империями.

Мне кажется, что, снося общественные здания, мы как бы утверждаем свою такую "жизнь во все времена". Истории нет – есть только современность. А то, что напоминает нам об истории, как буфет, сделанный варпет-Суриком, должно идти на свалку.

И снова приходит проблема румынской стенки.

Собственно, выйди на улицу, посмотри на город – и ты увидишь целый ряд таких "стенок". А количество "буфетов", сработанных, может, и не самым современным образом, но индивидуально, с любовью и преданностью… Их все меньше. И это трагично.

Что же делать?

Если говорить о сегодняшнем Ереване, то, как мне кажется, надо спорить. Не сносить, а спорить – о роли Таманяна, о национальном в архитектуре, о "децентрализации" города… И так далее – я об этом писал, не хочу повторяться.

В целом, Ева, ты молодец. Ты поднимаешь вопросы и бьешь прямо в точку. Это очень важно. Давай беседовать дальше, как мы беседовали в лондонских кофейнях. Мне это нравится.


  • 1
Я не о Ереване, где я никогда не была, к сожалению. Извините, если мой комментарий совсем уж неуместен в аспекте именно армянской архитектуры. Но, очень захотелось поделиться своими соображениями на этот счет. В городе, где я счастливо проживаю много лет, есть здание почты, которому больше века. Это здание "обрамляет" центральную площадь города и, поэтому городские власти ежегодно предлагают руководству и работникам славного отделения поменять невзрачный дореволюционный фасад на что-нибудь современное и торжественное. А лучше бы построить новое удобное во всех отношениях строение. Но почтовые "ветераны" держат оборону из года в год, мотивируя привязанность к старой архитектуре невероятнейшей функциональностью построенного давно здания. Из чего следуют протесты по поводу смены фасада, мне не известно. Но я с ними всецело согласна, так как не представляю не любимой в целом площади без прелестного ориентира. Существуют здания, размышлять о сносе которых страшно. Чувствуется некая необратимость...

Edited at 2013-11-04 11:30 pm (UTC)

Спасибо! Вы напомнили мне об очень важном понятии: необратимости. Она сродни линейному ходу времени: мы не понимаем, что сделанного не вернуть. Наше мышление устроено так, что "установление справедливости любой ценой" нам представляется таким важным, что мы готовы ради этого рушить. Помните выражение "будем бороться за мир, пока камня на камне не останется?" Оно нас характеризует.

Есть и еще один важный критерий, о котором мы забываем: здравый смысл. Его в наших рассуждениях нет. А надо бы, чтобы он был...

Спасибо за ответ, Марк!

Ну что вы! Мне даже как-то неуютно стало. Разумеется, я должен был ответить!

Еще раз спасибо! Архитектура, впрочем, совсем не моя тема. Так что, и мне неуютно... Простите. Хорошей недели!

Ваша запись была переопубликована на сайте www.blognews.am. Спасибо

Мне кажется, что суть проблемы в том, что те, кто принимает решения и те, которые знают, "как надо правильно" - разные люди. И это касается не только архитектуры, и даже не только градостроения (в глобальном смысле), но и вообще всех мало-мальски управленческих сфер.

К тому же наличие людей, которые знают "как надо правильно", вызывает у меня сильное сомнение.

В итоге даже если очевидно, что то или иное здание надо снести, никогда не знаешь, что построят на его месте. Первый пример, который приходит на ум - северный проспект. Снесли рассадник крыс. Построили убожество.

А это всегда так. Во всяком случае, в архитектуре. Есть заказчик, есть архитектор. И взаимоотношения между заказчиком и архитектором всегда бывают сложными и далеко не всегда однозначными.

это сообщение видели?
Армянский архитектор представил свою работу на Бакинский Международный архитектурный конкурс
http://ru.apa.az/news/258689


Нет, не видел. Но обычно работы на архитектурный конкурс представляются анонимно. Если же председатель конкурса заранее знает, что один из авторов армянин, то какая там анонимность?

Я за то, чтобы армянские архитекторы участвовали в конкурсах в Азербайджане, а азербайджанские -- в Армении, но, мне кажется, что этот случай, скорее, похож на утку. Газетную утку.

может, просто конверт с проектом из Армении получили?

судя по тому, что имя этого участника так и не было названо, анонимность работала :)

Судя по тому, что имя так и не назвали, его не существовало в природе :)

может, и так :)

Мы с вами, конечно, гадаем на кофейной гуще... И, к сожалению, я пока не вижу конца такому перманентному гаданию.

к слову о прошлом и будущем.
будущеги нет без прошлого.
так же, как и современное искусство немыслимо без древнегреческого, так же, как современная наука - без Ньютона.


кстати, мне очень важна фраза Зинна

“History is important. If you don't know history it is as if you were born yesterday. And if you were born yesterday, anybody up there in a position of power can tell you anything, and you have no way of checking up on it.”
Howard Zinn.

И она как-то перекликается с постом Никола про Тифлис(nikolpashinyan.com/?p=2247):

«Դա մի քաղաք է, որ ունի պատմություն, հպարտանալ գիտե իր պատմությամբ եւ դեմքիդ ճչում է, որ ինքն ունի ապագա:»

«Հետո նրանք կանգնում ու մտածում են, որ այս շենքը հենց այսպես այստեղ է եղել մեկ դար առաջ, երկու դար առաջ, որ այդ շենքի մոտով անցել են իրենց պապերը, տատերը: Նրանք այստեղ ապրել են ու արարել, հաղթել են ու պարտվել, վայելել ու տառապել: Ու մարդը հպարտություն է զգում, որ ինքը անցյալ ունի, ծագում ունի, պատմություն ունի, որ բիճ չէ, այսինքն` բոզի վաստակ… Հետո մարդը հանկարծ հասկանում է, մտածում` ես ախր բոզի վաստակ չեմ, ինչի պիտի ինձ բոզի վաստակի նման պահեմ կամ բոզի վաստակի արժեքներով առաջնորդվեմ: Էս ախր իմ տունն է, իմ հայրենիքը, էն դիմացի մայթին կանգնածն իմ եղբայրն է, իմ քույրը, իմ պապի առաջին սիրո թոռը, պապիս ընկերոջ թոռը: Իմ պապն ու իր պապը ախր էս խինկալիանոցում խինկալի են կերել իրար հետ, գինի խմել, նարդի խաղացել: Գուցե կռիվ ու թշնամություն էլ են ունեցել հետո, բայց մեծ մարդիկ են եղել, խմել` խելքները գցել են, չեն հասկացել… Ինչ լավ բան ա տուն ունենալը, ինչ լավ բան ա հայրենիք ունենալը, ինչ լավ բան ա ծագում ու պատմություն ունենալը, բիճ, այսինքն բոզի վաստակ չլինելը:»


А давайте поговорим о будущем и прошлом, но серьезно, без поэтических преувеливений Никола. Действительно, есть такая фраза, что будущее невозможно без прошлого. Но по-моему, эта фраза ничего не значит. У нее нет смысла, потому что хотим мы или нет, но прошлое обязательно идет за нами.

И давайте подумаем: если мы все время будем говорить и думать только о прошлом -- как же тогда создавать будущее? Ведь думать надо не о прошлом, а о будущем...

Обвинять меня в том, что я забываю прошлое, не имеет смысла, потому что мы знаем: я его не забываю. Но в том, чтобы не забывать своего прошлого заслуги немного. А вот думать о будущем труднее...

а я Вас не обвиняю.

я совершенно согласен с "припевом" Лессига, создателя creative commons

0. Creativity and innovation always builds on the past.
1. The past always tries to control the creativity that builds upon it.
2. Free societies enable the future by limiting this power of the past.
3. Ours is less and less a free society.

то есть моя точка зрения тоже ясна.

я человек склонный ценить идеи, те идеи, которые мне кажутся разумными.
я стараюсь быть честным с самим собой, и расстраиваюсь, что не всегда нахожу подобное желание у собеседников.

теперь я хочу сказать, что мнения имеют причины, множество причин, и даже поводов, и можно перечислить некоторые из них.

мнение может быть обдуманным, осознанным, своим, заимствованным на время, чужим, ассимилированным...
мнение может возникнуть также потому, что так считать удобнее, так считать менее больно. Here be dragons - люди склонны опасаться некоторых территорий, и потому не склонны углубляться, искать корни своих убеждений. Я понимаю, что пишу общеизвестные истины, однако, меня действительно волнуют мотивы человеческих поступков и мнений.

И мы не знаем, в чем мотивы Евы считать так, как она считает. Удобнее ли ей так считать? Я не сомневаюсь в мотивах Шура, я понимаю мотивы Сархата. Об этом было давно и много написано, тоже разумно и убедительно.

Я не понимаю мотивы Евы.

То, что Вы, Марк, изложили, достаточно убедительно, разумно, и рационально. Более того, речь идет о ценностях, которые я бы назвал общечеловеческими. Да? Как вы сами выразились, конструктивисты не призывали сносить Эрмитаж. У них был другой подхов к проектированию новых зданий. Сностиь что-либо - это агрессия. Агрессия, которая обусловлена прибылью. Прибыль, деньги - являются мотивом тех, кто сносит, к примеру дом Африкянов. И это не только про Армению, то же происходит и в России, то же происходит и в Иране. То есть мы вовсе не уникальны и в этом.

Налицо противопоставление ценностей. Капитал против общечеловеческих ценностей.

Теперь вопрос, почему архитектор может защищать интересы капитала? Является ли лицемерием защита интересов капитала, или власти?
Что мы думаем о директоре школы, который помогает фальсифицировать выборы? Что мы думаем об учителе, который в этом замешан? А как они выражаются публично, защищают ли они власть? Да. Как мы относимся к их мнению?
Понимаем ли мы, что их мнение вовсе не является их действительным мнением, и что у таких людей главной ценностью является не идея, скажем, о демократии, а идея о продаже души за должность, и кусок хлеба, за который можно поблагодарить бога, и постесняться, подобно персонажу из двеннадцати стульев.

С чего бы молодому архитектору не разделять перечисленные Вами - общечеловеческие ценности, и поддерживать интересы капитала? Если нет повода не разделять.

А готова ли Ваша собеседница признаться самой себе, в чем истинная причина ее мнения?
Я если не готова, то имеет ли смысл с ней обсуждать что-либо? Если мотивом является оправдание, скажем... если не ее, то поступков близких ей людей.

С припевом Лессинга и я согласен.

Что же касается моей собеседницы, то я очень высокого мнения о ней. Она, безусловно, человек думающий, размышляющий, и у нее есть объяснения того, что она хочет сказать -- это точно.

И я не думаю, что противопостоавление так однозначно -- либо общечеловеческие ценности, либо капитал. Оно и глубже, и многограннее. Но наша с вами беседа тоже движется в правильном направлении.

  • 1
?

Log in

No account? Create an account