?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry Share Next Entry
Как я был знаменитым
50
markgrigorian
Это рассказ о том, как я стал обладателем "Хрустальной совы".

Вернее, даже не об этом, а, скорее, о том, как мне не нужна была "декларация-мекларация", как я встретился с похоронной процессией и как фраза "Дай миллион" кочевала из Еревана в Москву и обратно.


"Дай миллион!"

Как-то раз я был знаменитым.

Все было классически просто: лег спать обычным человеком, а утром проснулся знаменитостью. И было это в конце декабря 1995 года, когда я выиграл приз победителя игры «Что? Где? Когда», то есть «Хрустальную сову».

Правда, хоть я и увлекался этой игрой, и даже выиграл пару турниров, сыграть в клубе знатоков на телевидении мне не удалось, а «Хрустальную сову» я получил не за блестящую игру, а за вопрос, ответ на который был «Что наша жизнь? Игра!»

И этот вопрос выпал в тот самый момент, когда в юбилейном, двадцатом финале игры счет был 5:5, а на кону кроме денег лежало кругосветное путешествие.

А самое главное, вопрос игрался, когда в честь Нового года в Ереване был свет.

А в те годы свет в Ереване включали на полтора-два часа в сутки. И если в вашей квартире свет включали в три часа ночи, то вы немедленно должны были выскочить из постели и в бешеном темпе начать стирать, готовить обед, согревать воду для купания, гладить и вообще приводить квартиру в порядок, потому что через два часа лафа со светом заканчивалась, и снова воцарялась тьма, рассеиваемая лишь свечами и керосиновыми лампами.

Кроме того, когда в квартирах появлялся свет, то все немедленно включали телевизоры, для многих символизировавшие связь с цивилизацией, напоминавшие о «старых добрых» временах, показывавшие сериалы, и другие любимые программы.

Но в честь новогодних праздников свет включали всем – и не выключали целых трое суток.

И как только 30 декабря включился свет, ереванцы бросились к телевизорам, чтобы как раз успеть к началу «Что? Где? Когда?» А там, понимаете, стою я, и мой вопрос выпадает в самый драматический момент передачи и… выигрывает, причем сам Макс Поташев не может на него ответить!

Так и получилось, что эту передачу в Ереване видели почти все. И все они  увидели, как я выиграл двадцать пять миллионов рублей (эх, был и я миллионером когда-то!) и поездку в кругосветное путешествие.

… Встретив в Москве Новый год, я сел в самолет и вернулся в Ереван. Бланков деклараций в таможне аэропорта «Звартноц», конечно, не было. Я подошел к таможеннику, чтобы попросить у него бланк – мне надо было задекларировать ввоз в Армению выигранных денег.

– Дарагой, – восторженно закричал таможенщик, – какая декларация?! Мы что, не знаем, кто ты такой? Проходи!
– Но… – начал было я.
– Никаких но! Таким людям, как ты, декларация-мекларация не нужна!

И пока другие пассажиры получали багаж и разбирались с таможней, я,  получается, незаконно ввез на территорию Армении несколько тысяч долларов.

И, открыв дверь, первым из всего самолета оказался в толпе встречающих.

Это была огромная толпа. Она нависала над узким длинным проходом, по которому должны были продираться прилетевшие из Москвы пассажиры. В тусклом свете казалось, что встречающие не только напирают со всех сторон, но и гроздьями, как летучие мыши, свисают откуда-то сверху, высматривая своих родных, близких, соседей, друзей и знакомых.

И когда я появился, толпа зашумела: «Это он!» Я как-то не сразу понял, что к чему и, остановившись у дверей, стал оглядывался в поисках друзей, которые должны были забрать меня из аэропорта. Но взгляд натыкался на незнакомые лица, а слух выхватывал: «Что? Где? Когда?», «двадцать пять миллионов рублей», «кругосветное путешествие»…

Пока я стоял, озираясь, те, кто были ближе, стали меня поздравлять, жать руку, похлопывать по плечу, обнимать и всячески выражать свое доброе отношение. Толпа сгущалась, я вдруг понял, что стою в кольце незнакомых людей, которые хотели прикоснуться ко мне, показать, как они ко мне хорошо относятся… Но их становилось все больше, вокруг меня образовалась толчея, я пожимал руки незнакомых людей, и эти руки, казалось, были везде: на моих плечах, и на спине…

Стало очень неуютно. Надо было что-то предпринимать. Выхватив из толпы первого попавшегося таксиста (а они всегда в самой гуще встречающих), я схватил его за руку и скомандовал: «Вперед».

Таксист среагировал сразу. Он пошел прямо на людей, которые стали расступаться. Я шел вслед за ним, стараясь, не отставать.

Таксист привез меня в офис, находившийся в пяти минутах ходьбы от дома.  Поздравив с победой и полюбовавшись Хрустальной совой, сослуживцы предложили проводить меня до дому. И короткая дорога домой сразу же продемонстрировала, что от прежней спокойной жизни придется на некоторое время отказаться.

Было темно и малолюдно. Но встретившиеся по пути редкие прохожие, увидев меня, сразу же начинали шептаться и даже показывать на меня пальцем. Когда мы проходили мимо, они оборачивались, и до меня доносилось: «Что? Где? Когда?», «двадцать пять миллионов», «кругосветное путешествие»…

Последующие несколько дней я ходил на работу, опустив на лоб капюшон зимнего пальто (тогда были пальто с капюшоном), пряча глаза и пугливо озираясь. Приходилось держаться подальше от людных улиц. Но в «родном» продуктовом магазине избежать шепотков и вопросов я не смог. Продавщицы и покупатели переглядывались, а когда я выходил из магазина с буханкой хлеба и пачкой творога, вдогонку неслось: «Что? Где? Когда?», двадцать пять миллионов…

Прошло несколько дней и во время очередного похода в магазин мне встретилась… похоронная процессия. Когда я ее заметил, было поздно – свернуть с ее пути я не успел. Пришлось, сгорая от стыда, идти навстречу. А сгорал я потому, что участники процессии вдруг повернулись в мою сторону. Они  все смотрели на меня, и из толпы доносились: «двадцать пять миллионов», «круиз», «Что? Где? Когда?», «Хрустальная сова».

Казалось, что и несущие гроб мужчины, поворачивали головы, чтобы еще раз взглянуть на меня, и безутешная вдова, забыв о своей трагедии, обменивалась взглядами с ведущими ее под руки родственницами, и музыканты, лабающие что-то маршеподобное, повернули в мою сторону свои трубы, кларнет и барабан…

Словом, настоящий скандал.

Но при этом бывало множество случаев, когда я понимал: весь этот шум оттого, что за меня болели, радовались, ереванцам было приятно, что я выиграл и получил Хрустальную сову. Ко мне постоянно подходили на улице самые разные люди – знакомые и незнакомые – и рассказывали, как они смотрели передачу, как дети прыгали и кричали от радости, когда выиграл мой вопрос.

Один из друзей, шутя накинулся на меня в темноте с криком: «Дай миллион!» И это легло в основу любопытной журналистской истории.

Корреспондент агентства РИА Новости в Армении Авет Демурян, узнав об этом, написал коротенькую новостишку о том, что, дескать, мне стало плохо с сердцем, когда некто набросился на меня в подъезде, агрессивно что-то выкрикивая. Все, конечно, закончилось благополучно, потому что это был один из моих друзей, решивший зайти ко мне в гости. А кричал он «дай миллион!»

История о том, как победитель «Что? Где? Когда?» чуть не получил инфаркт из-за невинной шутки друга в Москве понравилась. Сюжет прозвучал по радио, и мне немедленно стали звонить московские родственники и друзья, спрашивая, как я себя чувствую, не очень ли болит сердце и советуя быть осторожнее и не очень нервничать.

Но, главное, РИА Новости разослали сюжет Демуряна своим подписчикам, среди которых было и ереванское агентство новостей «Снарк». Так информация вернулась в Армению. «Снарк», в свою очередь, распространил ее по своим каналам, указав: «Как сообщает агентство РИА Новости, обладателю Хрустальной совы Марку Григоряну стало плохо с сердцем, когда…»

Одним из подписчиков «Снарка» оказалась новоиспеченная газета «Лрагир Ор», которая перевела информашку на армянский и опубликовала в самом первом своем номере.

Следующая картина: те же и корреспондент «Комсомольской правды» в Армении. Изучив «Лрагир Ор», он обнаруживает рассказ о том, как победитель «Что? Где? Когда?»…  (дальше вы знаете). Рассказ ему нравится, он переводит его на русский, и отсылает в Москву.

«Комсомольской газете» сюжет  пришелся ко двору, и она опубликовала его, подписав: «Наш корр. в Ереване».

На следующий день, номер «Комсомолки» получают в редакции ереванской газеты «Время» и, как вы уже догадались, с интересом читают сюжет обо мне и выкрике «Дай миллион».

Читают и немедленно перепечатывают.

Таким образом, проделав несколько путешествий по маршруту Ереван-Москва-Ереван, новостишка в пару абзацев, написанная Аветом Демуряном, была переведена с русского на армянский и обратно и обросла авторами. Мы искренне потешались, читая очередную информацию и выискивая, кого назовут автором на этот раз.

Но, конечно, и это прошло. Через некоторое время ажиотаж спал, и все вернулось на круги своя.

И слава Богу.

А вот видеозапись этой игры.


  • 1
наконец-то я знаю всю историю совушки))) игру точно смотрела, но не помню ни шиша, так как было мне лет 5))))

Ты смотрела эту игру? Такая маленькая?..

у меня выбора не было))))

Бедный ребенок! Заставили сидеть до полуночи!

бедный ребенок отродясь раньше не засыпал))))

Все, снимаю все остальные вопросы. "Бедного ребенка" тоже снять? Или пусть будет?

стоп. увидела заголовок. ты и сейчас знаменитый))))

Ни в какое сравнение мое нынешнее состояние не идет с тем, что было. Я сейчас "известный", а тогда был "знаменитый" :))) Потом начинается "маститый", а потом -- уже на склоне лет -- "старейший".

запуталася. то есть раньше ты вызывал изумленное "ух ты!", а сейчас почтительное "оооо!" =)

Сняли! Богатый ребенок!

  • 1