?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry Share Next Entry
Трабзон: город, потерявший идентичность
50
markgrigorian
В новогодние дни поступают сообщения о зверских убийств армян в Стамбуле.

Сначала Amnesty International рассказала о том, как в Стамбуле убили старушку-армянку по имени Марица Кючюк. Ей перерезали горло и вырезали на груди крест.

Потом турецкая пресса сообщила о том, что убили другого армянина, 40-летнего Илкера Шахина, преподававшего информатику в армянской школе. Ему также перерезали горло.

Я нередко езжу в Турцию. Часто бываю в Стамбуле, научился понимать город, чувствовать его дыхание, у меня там появились друзья и знакомые… В прошлом году мне довелось побывать в Трабзоне. Эта поездка оставила на меня впечатление, близкое к гнетущему, и я никак не могу ее забыть. Видимо, мне надо, наконец, написать о Трабзоне, чтобы меня, наконец, отпустили воспоминания и мысли об этом городе.

Немногим меньше 2/3 населения Трабзона до 1896 года были христиане – больше греков, меньше армян. И лишь примерно треть – мусульмане: турки и персы. После резни в городе, который когда-то был важным перевалочным пунктом на пути товаров с востока на запад христиан почти не осталось.



Собственно, резня привела к тому, что один из богатых торговых городов на берегу Черного моря, перевалочный пункт, находящийся на пути между Востоком и Западом, потерял свое значение, вместе с трагической потерей религиозного и этнического многообразия.

Сейчас город провинциален, небогат, торгового значения не имеет, курортным центром не является, хоть и расположен на берегу Черного моря. Ели не единственная, то, во всяком случае, главная отрада – футбольный клуб «Трабзонспор». И высокий уровень национализма.

Но его прошлое – христианское и религиозно-многообразное – можно видеть и сейчас – достаточно пройтись по улицам старой части города. И если вы будете внимательны, то увидите, как построенные в XVIII и XIX веках жилые и общественные здания – из добротного камня, с украшениями вокруг дверей и окон, чередуются с домами, построенными в середине, или даже второй половине XX века – недорогими, скучной архитектуры, неинтересными и одинаковыми.



Ясно видно, что этот дом -- старой постройки. Как и эта ограда.



А вот один из новых домов в центре города.



И такое соседство как бы укрепляет ощущение трагедии, которое не оставляло меня в Трабзоне – городе, который, потеряв свою историческую идентичность, ищет новую – и не может найти.

Резня, начавшаяся там еще в конце XIX века и продолжавшаяся в веке XX, оставила след, который виден до сих пор, который стал судьбой города. И город потерял свою идентичность, не приобретя новой. 

Может быть, этот мой вывод поспешен. Возможно, вернувшись в Трабзон, я увижу что-то иное. 

Я уже писал, как каждый трабзонец, которому я говорил, что я армянин, немедленно реагировал: «Я хорошо отношусь к армянам». Реагировал как бы даже поспешно, желая отгородиться, избежать чего-то тяжелого, неприятного. А это ведь, в свою очередь, значит, что проблема, связанная с резней и непризнанием геноцида, продолжает существовать – и не во Франции или США, а в самой Турции, причем даже не в Стамбуле, а в небогатом провинциальном городе… И не будем забывать, что убийца Гранта Динка вырос в Трабзоне и прожил там всю жизнь. 


(Армянская посуда в антикварной лавке в Трабзоне. Об этой лавке и о том впечатлении, которое на меня оставила эта посуда, я писал здесь)

«Греческие монахи выстроили в Сумеле настоящую крепость. Как будто им нужно было от кого-то защищаться. От кого? Здесь живут очень миролюбивые люди», – рассказывал пожилым американским туристам турецкий гид.

Причем я вполне допускаю, что он рассказывал это совершенно искренне. Он мог быть на самом деле убежден в том, что живущие здесь – люди мирные, доброжелательные и спокойные. А убийца Динка – ну что ж, в каждом городе, в каждой нации есть хорошие люди и есть плохие. И хороших, как правило, больше.

Если верить некоторым путеводителям, то в Трабзоне даже есть армянская церковь. Но не все горожане – даже связанные с туризмом – знают о ее существовании. После долгих интернет-изысканий, нам удалось подобраться к ней довольно близко. А дальше нам помогли жители окрестных кварталов.



И мы увидели запертую пустую трехнефную базилику IX века – церковь св. Анны. Правда, если верить путеводителям, где-то рядом должна была быть и вторая церковь, но мы ее не нашли.



(Так выглядит наддверие -- если говорить по-научному, тимпан портала церкви св. Анны)

И практически все в городе знают местонахождение «маленькой Айя-Софии» – халкедонской греческой церкви XIII века, являющейся главной достопримечательностью города. Она известна прекрасными росписями.

Конечно, после геноцида многие церкви Трабзона были переделаны в мечети – это известная практика, причем не только в Турции. Кстати, и мечети в Испании (например, в Кордобе) переделывали в церкви, так что этот процесс двусторонний.
Но такая резкая смена религиозной и этнической идентичности не может остаться незамеченной.

Перед самым отъездом мы гуляли по городу. И вдруг мне на глаза попалась замурованная дверь… с крестом, нарисованным над нею. Недалеко от двери, в стене был родник. Все говорило о том, что за стеной должна была быть церковь.


(Заложенная дверь)


(Крест, нарисованный над дверью)

... Но там была автомобильная парковка.


(И вот что находится там, где когда-то была церковь)

Помните знаменитую фразу из фильма «Покаяние» про улицу, которая не ведет к церкви?

Трабзонская улица, по которой мы шли, когда-то действительно вела к церкви. Сейчас она ведет к платной парковке.

И это, конечно, большая трагедия города.

  • 1
Я не совсем согласен. Бывают преступления государственные, не только одобренные государством, но и инспирированные. Мы знаем примеры таких преступлений.

  • 1