Марк Григорян (markgrigorian) wrote,
Марк Григорян
markgrigorian

Categories:

Jesus Christ Superstar (продолжение)

Наверно, я поступил неправильно, поставив сначала первую часть. Я сомневался, стоит ли ставить эту историю по частям, или, может быть, потерпеть еще день, и выложить ее целиком. 

Не вытерпел. 

Но, во всех случаях, вот вторая. Читайте... 

Jesus Christ Superstar. Мой личный конфликт поколений

Начало здесь.

* * *

Работа по копированию шла своим путем. Заточив карандаши (а заточка карандашей для серьезной чертежной работы является настоящим искусством), я включал магнитофон с Jesus Christ Superstar и вставал у импровизированного чертежного стола.

Запись рок-оперы шла около полутора часов, а это значило, что я работал ровно полтора часа с одним маленьким перерывом, во время которого нужно было перевернуть кассету. Когда запись подходила к концу, я отправлялся завтракать.

Через три недели чертеж был готов. Я показал его родителям, скатал в трубочку, отнес в школу и отдал завучу. И все. больше я своей работы не видел. И не только я – ее не увидела и учительница черчения. Работа пропала – и я не имею представления, кто, как и почему унес этот ватман из учительской. Хотя, почему унес? Может, его случайно выбросили, или использовали для каких-то не известных мне целей?

Жаль, конечно. Но зато у меня остались воспоминания об удовольствии, которое я получал от работы, о радости, которую принес мне этот первый в моей жизни самостоятельный проект, об увлеченности… и о музыке, которую я в то время слушал.

В то время мама моя работала в ереванском физическом институте. Это был небольшой островок свободомыслия в советской Армении. Возглавлявший институт Артем Алиханян добился того, что партийное руководство республики смотрело на его сотрудников сквозь пальцы. У ЕрФИ был договор с швейцарским ЦЕРН-ом, куда то и дело ездили ереванские ученые, чтобы работать на знаменитых европейских ускорителях. Уезжали, как правило, семьями, на несколько лет и возвращались совершеннейшими европейцами, привозя с собой, в том числе, заграничные магнитофоны и диски.

Еще недавно (до 1971 года) в ЕрФИ работал физик и диссидент Юрий Орлов, в Доме ученых ЕрФИ то и дело проводились мероприятия, с точки зрения компартии более чем сомнительные. Например, концерт Владимира Высоцкого, съемки фильма с Леонидом Енгибаровым (впоследствии не прошедшего цензуру и пролежавшего на полке несколько лет), просмотры фильмов Параджанова и Тарковского... Там, в Доме ученых ЕрФИ, примерно в те же годы мне удалось посмотреть фильм Чарли Чаплина «Великий диктатор», запрещенный в СССР и оставивший на меня огромное впечатление.

Так вот, оттуда, с работы, мама принесла копию размноженного на ротапринте – ксероксов тогда не было – текста Jesus Christ Superstar. Копия была аккуратно обрезана и прошита металлическими скрепками. На ее обложке можно было рассмотреть знаменитую фигуру из двух ангелов, ставшую символом рок-оперы. Это была самая настоящая копия буклета, вложенного в альбом. Конечно, копия была сделана не совсем легально – все копировальные машины в СССР были под контролем КГБ – но в ЕрФИ, как я уже сказал, некоторые вольности допускались.

Я раскрыл буклет и… оказалось, что текст был, мягко говоря, не очень понятным.

Listen to that howling mob of blockheads in the street!
A trick or two with lepers, and the whole town's on its feet.

Что это может быть? Или вот такое:

We dare not leave him to his own devices.
His half-witted fans will get out of control.

Загадка на загадке. Знаменитый словарь Мюллера, к тому времени уже довольно устаревший, ничем помочь не смог. Советская действительность, в принципе исключавшая понятие «благотворительная организация» или «рейтинг популярности» просто не давала возможности понять выражения, типа choose any charity или top of the poll.

Но разве это важно? Непонятные слова и фразы нужно было петь, у них был ритм, мотив, они существовали в волшебном мире звуков, где смысл, в конце концов, был второстепенным и необязательным. Прошло совсем немного времени, и мы с другом знали весь текст наизусть. Правда, сейчас я могу честно признаться: арию Иуды Damned for all time мы знали нетвердо. Уж слишком сложной она оказалась.

И распевать всю рок-оперу на пару у нас тоже не получалось, потому что мы оба хотели петь за Иисуса, копируя нашего любимого Иана Гиллана и оба не хотели петь партию Иуды. И потом, на вечеринках были занятия гораздо более интересные, чем пение. Например, танцы в полутьме под Led Zeppelin, или того же Иана Гиллана и его Deep Purple.

Но знать, о чем там говорится, конечно, хотелось. И мы пробивались через заросли смыслов, пытаясь разобраться – в чем-то сами, а в чем-то с помощью нашей учительницы английского, молодой женщины, которой еще не исполнилось тридцати, и которая тоже, как и ее ученики, увлекалась музыкой Jesus Christ Superstar.

* * *

Я постепенно привык к энергии постановке и быстрой смене кадров на заднике-экране и стал обращать больше внимания на смысл постановки.

А на сцене Мария Магдалина (в исполнении певицы Melanie C – экс-участница группы Spice Girls), сидя на ступеньках, пела свою знаменитую арию I don’t know how to love him. Одетая, как обычная лондонская девчонка, – в черную кожаную куртку поверх бесформенного белого балахона, на ногах непонятные полусапожки, в носу серьга, на ноге большая разноцветная татуировка, она была воплощением нового поколения, которое выходит с извечным протестом против поколения богатых «стариков», представленное на сцене хорошо одетыми и лощеными первосвященником Каифой, неразлучным с ним Анной и прокуратором Понтием Пилатом.

Постепенно противостояние между левацкой молодежью – Иисусом и апостолами – и истэблишментом становится все более ясным. А сюжет приобретает элементы рассказа из школьного учебника – группа революционеров борется против существующего порядка, в ряды группы затесался предатель, который мучается, переживает, хочет, наверно, сам встать во главе соратников, но у него не хватает для этого лидерских качеств. Слабое звено нащупали власти – в школьном учебнике это охранка, а здесь, на сцене – первосвященники. Смелые и несгибаемые революционеры сопротивляются, но их судьба решена. Предательство совершается, полиция арестовывает лидера.

… А царь Ирод оказался шоуменом. Одетый в малиновый костюм, черную рубашку и с малиновым галстуком, он выглядел эдаким залихватским американским телеведущим, пришедшим из шестидесятых годов. И его ария-чарльстон вполне объяснимо оформлена как телевизионное шоу.

«Голосуйте: как вы считаете, Иисус царь, или мошенник? Присылайте нам СМС-ки на номер 82727», – кричит Ирод между куплетами.

А в конце на экране-заднике действительно появляется изображение «результатов голосования». Как вы можете догадаться, «телезрители» признали Иисуса мошенником и, таким образом, его предстоит казнить.

Это была квинтэссенция истеблишмента, подавлявшего компанию молодежных бунтарей – Иисуса, Магдалину в бесформенном балахоне, Иуду с арабским платком вокруг шеи, Петра в майке с изображением Че Гевары и их друзей.

И чем ближе подходил спектакль к концу, тем яснее вырисовывалась победа – кажущаяся – старого порядка. И чем дальше, тем разнузданнее становились сцены, тем больше происходящее напоминало то ли кабаре, то ли оперетку с кордебалетом. Под конец даже появились совершенно эротичные ангелы – танцовщицы в белых корсетах, из-под которых виднелись резинки для чулок. Правда, сзади были крылья, но общего впечатления они не меняли.

Для меня конфликт молодых революционеров с истеблишментом в сюжете Jesus Christ Superstar оказался неожиданностью, хотя, на самом деле, он очевиден. И когда я попытался понять, почему, ответ пришел сразу: потому что для меня и моих друзей вся рок-опера была бунтом и протестом. Вся. Без остатка.

Конфликта внутри самого произведения мы не видели, потому что конфликт был между Jesus Christ Superstar и нашей жизнью, между музыкальным праздником свободы и непослушания и серыми буднями, облаченными в школьную форму.

* * *

Впервые в Лондон я приехал в мае 1991 года. Больше всего мне хотелось купить настоящий фирменный двойной альбом Jesus Christ Superstar, и чтобы главную роль обязательно пел Иан Гиллан. И как только у меня выдался свободный час, я поехал на площадь Пикадилли, где тогда был большой магазин пластинок. – то ли Virgin, то ли HMV. Зайдя в зал с рок-музыкой, я застыл, потому что увидел длинные стенды с сотнями дисков, сложенными в алфавитном порядке. И это все были диски с рок-музыкой. Но времени бродить по торговому залу у меня не было. Бодро направившись к букве”J”, я… ничего не увидел. Подумав, я нашел букву “W”, с которой начинается фамилия композитора – и снова ничего!

Наконец, я нашел одного из продавцов и спросил: «А где у вас Jesus Christ Superstar?»

«Посмотрите среди мюзиклов и музыки к фильмам», – ответил он.

Это было для меня ударом. Как? Это же рок, рок-опера, а мне предлагают посмотреть среди каких-то мюзиклов!

Но все же я подошел к стенду, на который указал продавец. И действительно, среди прочих там лежал свеженький, запакованный в целлофан альбом… Но обложка у него была другой – с какими-то желто-белыми разводами, вместо привычной для моего глаза коричневой, на которой выделяется пара ангелов. Я усомнился. «Скажите, а это тот самый вариант, где поет Иан Гиллан?» – спросил я.

Продавец равнодушно пожал плечами: «Не знаю». Он, разумеется, не понимал моих эмоций, ведь для него эта вещь была всего-навсего мюзиклом с вест-энда. Короче, это было not cool. Не круто.

А мне ужасно не хотелось покупать «не то исполнение». Подумав, покрутив в руках нераспечатанный альбом, я вздохнул… и положил его на место.

И ошибся! Я не знал тогда, что коричневая обложка с ангелами была на американской версии диска, а я держал в руках самую настоящую британскую, классическую версию, разумеется, с Ианом Гилланом, Ивонн Эллиманн, Мюрреем Хедом и всей остальной компанией.

И вернулся в Ереван, без вожделенного альбома.

* * *

Представление закончилось. Мы вышли из зала.

У выхода продавали сувениры – майки с надписью Jesus Christ Superstar, буклеты, чашки с физиономиями певцов, и CD, на обложке которых была разноцветная «суперзвезда».

«Это, конечно, запись уже этого, нового исполнения, сделанная специально ко дню премьеры», – подумал я и, выстояв небольшую очередь, купил этот альбом. Мне хотелось послушать его дома, прочувствовать, и вообще, это же память о том, как через сорок лет исполнилось мое желание – увидеть рок-оперу «живьем» на сцене!

Придя домой, я распаковал диск и вынул из суперобложки альбом – коричневый, с ангелами.

Это было классическое исполнение. С Ианом Гилланом.

Sept 2012 069

Tags: воспоминания, жизнь, музыка, рассказ
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 55 comments