Марк Григорян (markgrigorian) wrote,
Марк Григорян
markgrigorian

Categories:

По ночному Иерусалиму

Этот текст в чуточку сокращенном варианте был сегодня в эфире, в программе БибиСева. 

*   *   *

В тот вечер я оставил фотокамеру в гостинице, и не жалею об этом.

Прогулка по лабиринтам ночного Иерусалима оказалась такой необычной, странной и даже сюрреалистичной, что, боюсь, мне не удалось бы даже приблизительно передать удивительную и диковинную атмосферу этого путешествия, которое мы совершили втроем: иерусалимские фотографы daud , leshka10 и я, ваш покорный слуга.

– Прочь от туристических путей, – воскликнул daud, едва оказавшись в стенах старого Иерусалима.

И немедленно свернул куда-то налево. Потом был еще один поворот, потом еще…

Мы оказались в самом настоящем лабиринте. Кривые и корявые улочки уходили куда-то в темноту, упираясь в другие кривые улочки, заканчивающиеся ступеньками, ведущими то вверх, то вниз. И невозможно было понять, ведут ли они в другие, новые улочки, или в какой-нибудь тупик, упирающийся в потрескавшуюся от старости дверь, вырубленную, казалось, в то же время, что и каменные плиты, покрывающие землю.
– Сделано римскими легионерами, – гордо и с чуть уловимой иронией сказал Давид, показывая на плиты. – Сертифицировано. Гарантировано от подделок.

Действительно, если посмотреть на них издалека, то видно, как блестят в желтом свете ламп, повешенных под каменными сводами этого лабиринта, большие светлые камни, отполированные подошвами башмаков, туфель, шлепанцев или попросту босых пяток.

Улочки, днем заполненные толпами туристов и десятками лавок, где можно купить все, что пожелает туристическая душа, пусты. Тревожный, желтый свет ламп встречается с черными тенями, которые отбрасывают утопленные в стены полуколонны. Тени и свет сплетаются на земле в почти правильный геометрический рисунок из линий, ромбов и треугольников.

Кажется, что в лабиринтах старого города пусто. Но мы поворачиваем за угол и вдруг в открытой двери мелькает зал игровых автоматов. Несколько парней стреляют по каким-то не видным снаружи целям, мальчики покачиваются на маленьких машинах… Мне показалось, что там же, в том же помещении, парикмахерская, но я не успеваю рассмотреть – мы проходим мимо.

– А не попробовать ли нам вон ту дорожку? – это у нас спрашивает daud.

– А не опасно?

– Может быть… А давайте рискнем?! Только держитесь вместе и не отставайте!

И мы углубляемся в причудливо изогнутый проход, над которым вдруг на какое-то мгновение открывается кусок неба с луной, зловеще выглядывающей из-за облаков.

Вдали слышен гул голосов. Поворот, еще один, и мы оказываемся в середине небольшого базарчика, где продают длинные женские платья, чемоданы и усыпанные блестками одеяния для танца живота. Мы проходим сквозь ряд мальчишек, заглядывающих снизу вверх нам в глаза и что-то кричащих на неизвестном мне языке – то ли арабском, то ли иврите.

Через некоторое время мы выходим к Дамасским воротам старого города.

Небольшая площадка перед воротами, заканчивающаяся амфитеатром, бурлит. Под ночным небом ходят толпы людей, на ступеньках этого амфитеатра разложены товары – неимоверное количество обуви, сумки, одежда, что-то кожаное… Наверху рядами стоят мангалы, на которых жарятся шашлыки и кябабы. От мангалов поднимается дым, уходящий клубами в ночное черное небо. В дыму плавают десятки больших и маленьких разноцветных воздушных шаров. Кругом гвалт и гомон, которые, кажется, тоже клубами поднимаются к небу.

Посреди всего этого молча восседает бородатый мужчина, перед которым стоит непонятная медная конструкция, увенчанная какими-то трубками и шишечками. А в ней… А в ней темно-красный сок дерева тамаринд. Бородач дал мне попробовать этого сока. Было чрезвычайно вкусно. Но я не рискнул купить у него стаканчик, потому что не рискнул достать бумажник из кармана джинсов – так много было вокруг странных и не очень понятных мне личностей.

На следующий день я вернулся к этому месту, чтобы все-таки выпить сока тамариндового дерева. Выйдя из ворот, я остановился, ошеломленный. Там, где ночью кипела жизнь, было пусто. Не было ни груд обуви на амфитеатре, ни шашлыков, ни воздушных шаров. Не было и мужчины с медной конструкцией. Только на месте, где он сидел ночью, можно было видеть полустертую надпись: «Сок дерева тамаринд».

Я так и не выпил этого сока. Но я чувствую на языке воспоминание о вкусе этого волшебного, но так и не познанного напитка. И если я когда-нибудь вернусь в Иерусалим и рискну прогуляться по старому городу ночью, в надежде добраться до Дамасских ворот, то фотокамеру все равно оставлю в гостинице.

Так интересней.
Tags: воспоминания, путешествия
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 56 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →