Марк Григорян (markgrigorian) wrote,
Марк Григорян
markgrigorian

Categories:

Карабахская конференция -- часть 3

Кажется, все. Естественно, кое-что осталось за кадром. Но я просто устал переписывать свои записки. 

Так что читайте последнюю "серию". Осталась парочка фотографий, которые я поставлю отдельным постом, и тогда уже будет совсем все!

 
Следующее заседание называлось «Жизнь с конфликтом». На нем говорилось о том, как живут люди в Армении, Азербайджане и Карабахе.
 
Марк Берендт из «Международной тревоги» (International Alert) говорил о существовании проблемы: человеческой (личной) безопасности и государственной безопасности. Разница, конечно, в объекте, чья безопасность должна быть обеспечена. Но когда мы выходим на уровень человеческой (личной) безопасности, то оказывается, что безопасность людей на противоположной стороне конфликта усиливает степень «моей» личной безопасности.
 
Ирина Григорян из Степанакерта рассказала несколько историй. Одна из них была такой: в начале войны, когда Шуши еще был под азербайджанским контролем, Степанакерт регулярно бомбили. А (если кто там не бывал) география этих двух городков такова, что Шуши находится на горе, которая как бы нависает над Степанакертом. И оттуда можно было целиться в конкретные окна – так близко и доступно все было. И когда город бомбили, люди прятались в подвалах. Со временем, жители Степанакерта выяснили, что бомбежки проходят «накатами», между которыми должно было пройти двадцать минут, когда пушки (или что там было) перезаряжались.
 
Проверили. На перезарядку уходило ровно 20 минут. И тогда мальчишки, дождавшись завершения очередной волны, выбегали на улицу играть в футбол. Матчи длились ровно 18 минут. Потом игра заканчивалась, ребята скрывались в подъезды в ожидании новой волны артиллерийского огня.
 
А еще она рассказала одну трогательную историю. Во время войны всем хотелось слышать хорошие новости. Но хороших новостей не было. У кого-то разбомбили дом, кого-то убили, у кого-то еще что-то случилось… И вдруг, приходит соседка и торжествующе объявляет: «Я только что видела в магазине женщину, которая покупала пылесос!» И все тут же подумали, что если кто-то покупает пылесос, значит, у Степанакерта есть будущее! Значит, не зря они полуголодными сидят в подвалах. Жизнь продолжается!
 
Выходя на перерыв, я случайно оказался по соседству с компанией азербайджанцев. И молодая женщина с усмешкой говорила кому-то из группы: «Надо запросить статистику продажи пылесосов в Баку, а потом сделать на эту тему доклад».
 
Я не описываю, что говорил выступавший вместе с Ириной Вусал Раджаблы, потому что его выступление мне показалось не очень интересным. Он говорил о том, что НПО – это хорошо, что именно НПО-шники – главные люди в установлении мира и доверия и так далее.
 
На следующем заседании нужно было говорить мне. Со мной выступали известный московский политолог Сергей Маркедонов и Табиб Гусейнов – беженец из Карабаха, парень, которого я знаю года два, работающий в Международном республиканском институте (IRI International Republican Institute).
 
Первым говорил Маркедонов. Его доклад был довольно интересным.
 
И начал он с того, что когда мы говорим об изменениях в мирном процессе, то мы имеем в виду, в первую очередь, положительные изменения. А значит, этот термин получает ценностное наполнение.
 
«Я – здоровый пессимист, – сказал Маркедонов. – за 15 лет все, что можно было предложить в урегулировании конфликта, уже было предложено. Это был и план Гобла, и пакетный вариант, и поэтапный… Ничего нового уже сказать нельзя».
 
Потом он сказал, что и в следующий год подвижек ожидать не приходится, так как 2008 – это год выборов. Выборы пройдут в Армении и Азербайджане, в России и Грузии (добавлю от себя еще и США).
 
И поскольку ситуация с Карабахом сложилось так, что и Армения, и Азербайджан легитимность своей независимости определяют через Карабах, то политики будут использовать карабахскую и националистическую пропаганду в предвыборных целях. И здесь еще раз проявляется миф о том, что только демократические правители в состоянии решить карабахскую проблему. И в качестве примера, подтверждающего мифологичность этого тезиса, он привел «самого демократичного политика в армянском парламенте» Раффи Ованесяна, который именно и предложил принять закон, признающий независимость Карабаха.
 
Народы не поймут сегодня тех, кто не будет вести патриотическую риторику.
 
С точки зрения внешнего контекста проблемой является отсутствие общей терминологии конфликта. Самый простой пример – мы даже не знаем, что значит «урегулировать конфликт». В Баку это означает одно, а в Ереване – совсем другое.
 
Часто в контексте карабахского конфликта используется пример Косово. Тоже, кстати, миф. Потому что когда о Kosovo case (вот не знаю, как перевести, «косовский прецедент», что ли?) говорит Кондолиза Райс – это одно. А когда о том же говорят Бако Саакян, Смрнов, Сергей Багапш – они вкладывают в это совершенно иной смысл. Кстати, идея «косовского прецедента» родилась во время парламентских выборов 2005 года в Карабахе. Путин подхватил этот термин после карабахцев.
 
И в конфликте есть еще один фактор. Это региональная гонка вооружений. Но сама эта гонка стабилизирует ситуацию. Точно так же, как стабилизировала ситуацию гонка вооружений между СССР и США.
 
С обеих сторон часто спрашивают, а чья пропаганда сейчас «покруче»? Кто более националистичен? Ясно, что азербайджанская пропаганда сейчас явно «покруче» армянской. И это понятно, так как это отражает объективную реальность. Если бы Армения проиграла в войне, то «покруче» была бы армянская пропаганда, и армянские телеканалы кричали бы про «оккупированное озеро Севан».
 
В фундамент разрешения конфликта надо класть реализм, а не мифы. А если на вещи посмотреть реалистично, то сейчас нет фактора, который изменил бы статус кво. Нет реального плана, нет компромисса, которые могли бы преодолеть нынешний статус кво. Поэтому – пусть уж лучше будет статус кво, чем вооруженный конфликт. И так думают многие.
 
Кстати, замечу от своего имени, что на конференции часто говорилось о том, что слова «компромисс» и «уступки» плохие, и лучше их не употреблять, а придумать другие термины.
 
После Маркедонова выступал Табиб Гусейнов. Я не записал того, что он говорил, потому что было довольно неинтересно. С одной стороны, я должен был собраться с мыслями перед своим выступлением, с другой – я уже уставал записывать, а вообще, он говорил довольно известные вещи, записывать которые мне было скучно.
 
Главное, что он всегда говорил об «азербайджанской общине Нагорного Карабаха», упирая на то, что и она является стороной конфликта наравне с общиной армянской. На его риторический вопрос о том, почему все говорят об армянах Карабаха и никто не говорит о карабахских азербайджанцах, Гегам Багдасарян ответил, что армяне Карабаха являются военно-политическим фактором, а азербайджанцы – нет. Эта реплика вызвала оживленную реакцию Ильгара Маммадова, заметившего, что Азербайджан не может признать «армянского военного фактора», потому что войной нельзя решать проблемы международной политики.
 
Но вот, подошли к моему выступлению. Вот тезисы, которые я набросал. Самого текста я не писал, просто потому, что не люблю читать «по бумажке».
 
В этом конфликте мы часто обращаем внимание на то, кто с кем ведет переговоры и вообще разговаривает. Не менее, если не более важно то, кто с кем не говорит. Так, Азербайджан не говорит с карабахцами, карабахские армяне не говорят с карабахскими азербайджанцами. Но очень важно, что президенты не говорят со своими собственными народами, не объясняют им проблем, связанных с переговорами. Более того, сами общества в двух странах не обсуждают проблемы. В странах нет дебатов о том, как можно решить карабахскую проблему, что можно и нужно сделать. Ибо любое отклонение от жесткой линии воспринимается как «предательство интересов родины», готовность «продать Карабах» и так далее.
 
Еще несколько лет назад все интернетные форумы были полны взаимной матерной руганью армян и азербайджанцев. Сейчас и этого нет. То есть сейчас стало неинтересно даже ругаться в адрес друг друга.
 
Есть ли надежда на гражданское общество в урегулировании конфликта? Боюсь, что нет. Причем по нескольким причинам. С одной стороны, представители гражданского общества не подписывают мирного договора. Его подписывают политики. С другой – гражданские общества в обоих странах неразвиты и особой роли не играют. Я знаком со многими представителями Азербайджана, присутствующими здесь. Это – люди, готовые вести диалог. А больше, кажется, никого и нет…
 
Так что, надеяться на политиков? На нынешней конференции было сказано достаточно, чтобы стало ясным: на политиков сегодня особой надежды нет, они существуют почти исключительно в националистическом дискурсе, который не предполагает решение конфликта и установление мира.
 
Религиозные деятели? Этот вопрос даже не поднимался. СМИ? – Если применять букву закона о распространении расовой и национальной ненависти по отношению друг у другу, то больше половины журналистов окажется в заключении.
 
Международное сообщество? То есть, Минская группа, которую не критикует только ленивый? Так давайте переведем обсуждение в ООН, Евросоюз, Совет Европы – куда угодно! Но куда бы мы не перевели обсуждение, окажется, что окончательное решение все равно должны принимать Азербайджан и Армения. Круг замкнулся.
 
Мы много говорили здесь об общественном мнении. Однако мы почему-то не принимаем во внимание того, что общественное мнение склонно меняться. Более того, им можно манипулировать, то есть менять его так, как выгодно властям. Например, мы сейчас уже говорим о возможных военных сценариях решения проблемы. А ведь этого не было еще несколько лет тому назад.
 
И в конце я сказал, что любопытным образом, хотя все кавказские страны – не только Армения и Азербайджан, но и Грузия, – считают, что границы начертаны несправедливо, что Сталин сделал это волюнтаристски, не считаясь с действительностью, все равно, наше националистическое сознание видит нас исключительно в рамках советских границ.
 
На последнем заседании выступали Том де Ваал, Грач Чилингирян и Лейла Алиева, но ничего особенно нового и интересного они не сказали, да и устал я писать об этой конференции.
Tags: Азербайджан, Армения, Карабах, конфликт
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 14 comments