Марк Григорян (markgrigorian) wrote,
Марк Григорян
markgrigorian

Categories:

Карабахская конференция. Часть первая

Стал расшифровывать свои записи о ходе конференции и оказалось, что это занимает большой объем. Кроме того, это отнимает массу времени, которого, к сожалению, нет. 

Так что здесь -- первая часть конференции. Как говорится, продолжение следует -- to be continued (рабочим-то языком конференции был английский)! 

Если другие участники конференции, прочитав мой блог, посчитают, что я где-то ошибся -- буду рад принять поправки (или в споре отстоять свое понимание). 

В Лондоне -- о Карабахе

Конференция под названием «Nagorno-Karabakh Conflict: Prospects for Peace» проходила в лондонском Международном институте стратегических исследований (International Institute for Strategic Studies, IISS).
 
Состав участников был очень представительным – известные армянские и азербайджанские эксперты, ведущие европейские и российские специалисты по Кавказу, дипломаты, журналисты… Словом, весь цвет.
 
Открывая конференцию, Оксана Антоненко из IISS сказала, что было бы неправильно называть карабахский конфликт «замороженным». Правильнее, наверно, было бы назвать его «забытым». Оксана рассказала историю о том, как ей пришлось выступать на какой-то международной встрече по конфликтам, где были люди из других конфликтных регионов. И когда она рассказала о карабахском конфликте, то оказалось, что большая часть присутствующих (она подчеркнула, бОльшая) – ничего не слышала о конфликтах на Кавказе.
 
После нее выступал Анджей Каспршик. Сначала он рассказал о том, каковы последние предложения Минской группы. Собственно, тут он ничего нового не сказал, так как эти предложения давно известны. В его изложении это выглядело так: посредники предложили следующий план:
 
– Возврат территорий, со специальным статусом для Кельбаджарского и Лачинского районов, с последующей их передаче под контроль Азербайджана, но при этом должен был сохраниться сорокакилометровый лачинский коридор.
 
– Демилитаризация зоны конфликта.
 
– Референдум о статусе Карабаха.
 
– Международная помощь в возвращении беженцев.
 
Думаю, он перечислил эти пункты не в хронологическом порядке.
 
И в предложения включены некоторые «промежуточные» решения, включая то, что Карабах получит право на решение определенных проблем в тех сферах, где не нужно дипломатическое признание независимости.
 
Для проведения референдума нужно, чтобы прошло определенное время, вернулись беженцы, были приняты меры по восстановлению доверия, улучшилась общая ситуация.
 
Каспршик сказал, что армянская сторона, в целом, согласна с этим предложением.
 
Но он сказал также, и я думаю, что это важно, что со всей очевидностью ни одна из сторон не получит всего, что хочет, и ни одна из сторон не потеряет всего. В этом конфликте не должно быть победителей и побежденных.
 
Еще он сказал, что конфликт этот не забытый, и не замороженный. Каждый месяц на линии разделения сторон гибнут люди. Продолжается снайперская война, люди подрываются на минах. Есть еще военнопленные, в том числе и совсем недавно попавшие в плен.
 
Согласно Каспршрку, со временем изменился формат конфликта. Когда началось военное противостояние, воевали группы добровольцев и ополченцев. Сейчас же друг другу противостоят две страны, причем одна из двух стран стремительно, буквально с каждым днем, богатеет.
 
Вслед за послом выступал известный азербайджанский политолог Ильгар Маммадов.
 
Его первым постулатом было, что и Азербайджан, и Армения верят, будто время работает на них, и это главная призма, через которую обе стороны смотрят на развитие конфликта сегодня. Армения ждет признания Косово, чтобы использовать это как прецедент, а Азербайджан рассчитывает, что продажа нефти и интеграция в Евроатлантические структуры – НАТО и ЕС – помогут стране вернуть Карабах. Тем более, что Азербайджан становится важным игроком в региональной проектах глобального значения.
 
Азербайджан, по словам Маммадова, не признает отторжения территорий. Военная сила в принципе не может быть инструментом решения проблем. И если Армения получила контроль над азербайджанскими территориями посредством грубой военной силы, то это значит, что Азербайджан имеет право использовать военную силу, чтобы вернуть их. Это второй постулат.
 
Третьим постулатом было: какое «пассивное послание» (хотя, наверно, переводить «passive message» правильнее как «скрытое послание») преподносят сторонам посредники в карабахском конфликте? Это то, что оружие, война являются способом решения проблем в нашем регионе. Армения, поддержанная Россией, отвоевала «ваши территории», это стало реальностью и теперь нужно признать эту реальность. Однако цель – не только правительства страны, но и всего народа – восстановить контроль над территориями.
 
Посредники думают, что людям можно навязать непопулярное решение. Но Азербайджан и Армения – не Северная Корея, где люди примут все, что им скажут. Наши народы не примут навязанных им непопулярных решений. Они не оценивают по достоинству желание народа Азербайджана восстановить контроль над международно-признанными территориями Азербайджана.
 
К чему это приводит? К тому, что 15 лет переговоров явились потерянным временем. Вместо того, чтобы терять это время, нужно было бы развивать демократию в двух странах, так как только при демократическом строе и демократических правительствах можно решить карабахскую проблему.
 
Мне видится, что в этих рассуждениях есть несколько логических несовпадений. Одно – что нужно развивать демократию, чтобы решить вопрос. Дело в том, что если предыдущие 15 лет были потеряны, то на возможное укрепление демократии в Азербайджане и Армении будет потрачено не меньше времени, да и то результат не гарантирован. А конфликт может быть решен и без демократизации. И второе – общественное мнение со временем меняется. И можно не только менять это мнение, но можно еще и манипулировать им. А правители в постсоветских странах умеют им манипулировать. А это значит что непопулярное решение можно сделать популярным, используя современные методы пропаганды. Однако для этого нужно время. Месяцы, а, возможно, и годы.
 
После Маммадова выступал Ашот Хуршудян, представляющий ереванский Международный центр гуманитарного развития.
 
Доклад Хуршудяна был очень любопытным. Он был посвящен сравнению нынешнего этапа карабахских переговоров с шахматной системой «еж». «Еж» – это пешечная структура, строящаяся на жестких «скелетах» (я так перевожу термин “Spines”, который употреблял Хуршудян). И за этой структурой противники группируют и регруппируют свои силы. Такая позиция обладает огромной потенциальной энергией. В таких позициях важно умение ждать. На доске ничего не происходит, и нужно уметь выжидать, пока противник не ошибется.
 
Такие позиции требуют от противников умения маневрировать. Это, собственно, то, чем занимаются стороны в карабахском конфликте. И важно, что в таких позициях можно не принимать во внимание того, что делает противник, так как «своя» позиция крепка, и проблемы решены.
 
Но что же делать в позиции типа «еж» в карабахском конфликте?
 
Оптимизм вызывает то, что существует множество пунктов, по которым достигнут консенсус. Но есть и «скелеты» – это официальные позиции сторон. И здесь возникают трудности.
 
Партия, которая разыгрывается сейчас, это разрешение конфликта – conflict resolution, а не мирный процесс – peace process. И нужно учитывать, что даже если будет подписан мирный договор, то реальная ситуация не изменится.
 
После доклада Ашота задавались вопросы. Отвечая на один из вопросов, Ильгар сказал, что территории – не главное. То есть, не главное в том смысле, что они обсуждению не подлежат. “Territories are not negotiable”. Надо говорить о правах людей, живущих на этих территориях. А обеспечить эти права можно будет только в условиях демократии.
 
А Ашот, отвечая на чей-то вопрос, сказал, что переговоры ведутся, во многом, эмоционально. Они далеко не всегда рациональны.
 
И мне думается, что это – хорошая и здравая мысль.
Tags: Азербайджан, Армения, Карабах, конфликт
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 116 comments