Марк Григорян (markgrigorian) wrote,
Марк Григорян
markgrigorian

Categories:

Журналистика и этика

Или, вернее, этика журналистики.

Под катом -- описание телерепортажа из региона, затопленного водой.

-- Прав ли был журналист, садясь в лодку спасателей?
-- Насколько это было оправдано?
-- В чем проблемы этого материала?

Журналист находится в одной из азиатских стран, на севере которой прошли ливни, вызвавшие ужасное наводнение. Несколько деревень в низинах оказались затопленными. Спасатели не могли туда добраться в течение почти двух суток из-за плохой погоды – гроз, ливней, ветров…

И вот, в регион направляется первая лодка спасателей. Никто не знает, что их ждет впереди. Вместе со спасателями в район бедствия отправились журналист и телеоператор. 

Материал сделан так, что понятно с первых же кадров: собственно рассказ журналиста, то есть звук, записан позднее, уже из студии. Фактически, он рассказывает о своей поездке туда, в район, пострадавший от наводнения.

Репортаж начинается с того, что мы видим журналиста в большой надувной резиновой лодке вместе со спасателями. Их, наверно, человек шесть. Лодка плывет по бурой, мутной и беспокойной воде. Корреспондент рассказывает, что после небывало обильных дождей река, протекающая здесь, разлилась, превратившись в озеро. Деревни, стоявшие на берегу реки, смыло водой, а люди, жившие там, в буквальном смысле слова остались стоять по пояс в воде.

И действительно, лодка подплывает к группе людей, человек семьдесят, кучкой стоящих в воде. За ними видно несколько деревьев, они как бы прижимаются к этим деревьям. И бурая мутная вода кругом…

Лодка медленно подплывает к пострадавшим. Мужчины, женщины, у многих на руках дети. Можно рассмотреть лица – изможденные лица людей, больше суток простоявших в воде. На этих лицах отчаяние, надежда, беспомощность – и даже злость от того, что они ничего не могут сделать.

Мы видим журналиста, сидящего в лодке. «Лодка рассчитана на пятнадцать человек, – рассказывает он, – однако как только мы подплыли к пострадавшим, все бросились на борт».

Камера показывает, как толпа бросается вперед. Мы видим, как люди хватаются за надувные борта, как мужчины подталкивают женщин, которые, в свою очередь, пытаются пристроить на лодку детей.

Ситуация выходит из-под контроля. Мы слышим, как журналист спокойным тоном рассказывает, что на лодке уже около тридцати человек, однако люди продолжают попытки влезть на борт. Спасатели начинают останавливать тех, кто пытается влезть. Это приводит к еще большему хаосу. С лодки – со скандалами и иногда с рукоприкладством – снимают мужчин. Переполненная посудина едва держится на воде. Камера выхватывает лица паникующих людей, женщин с детьми, и видно, что лодка опасно погрузилась в воду и что ее очень неприятно раскачивает.

За кадром журналист рассказывает о том, что в лодке не хватает мест, что на «берегу» – очень условном берегу, потому что все стоят по пояс в воде – остаются женщины и дети.

Камера долго показывает молодого мужчину, который делает крайне оскорбительные жесты в адрес оператора. Не его лице отчаяние…

Наконец, лодка отчаливает. По пути обратно мы видим журналиста, сидящего на корме. Вокруг него спасенные из водяного плена мокрые и продрогшие женщины и дети. Некоторые плачут.

«Повезло лишь немногим, – рассказывает журналист, – лодка вернется за людьми примерно через час. Спасательные операции будут продолжаться до темноты. Ночью их надо будет прервать из-за опасности напороться на корягу или торчащее из воды дерево. Всего в операции задействованы две лодки».
Tags: СМИ, журналистика
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 51 comments