Марк Григорян (markgrigorian) wrote,
Марк Григорян
markgrigorian

Category:

Стихотворение

Это стихотворение Иосиф Бродский написал на собственное сорокалетие.

*   *   *

Я входил вместо дикого зверя в клетку,
выжигал свой срок и кликуху гвоздем в бараке,
жил у моря, играл в рулетку,
обедал черт знает с кем во фраке.

С высоты ледника я озирал полмира,
трижды тонул, дважды бывал распорот.
Бросил страну, что меня вскормила.
Из забывших меня можно составить город.

Я слонялся в степях, помнящих вопли гунна,
надевал на себя что сызнова входит в моду,
сеял рожь, покрывал черной толью гумна
и не пил только сухую воду.

Я впустил в свои сны вороненый зрачок конвоя,
жрал хлеб изгнанья, не оставляя корок.
Позволял своим связкам все звуки, помимо воя;
перешел на шепот. Теперь мне сорок.

Что сказать мне о жизни? Что оказалась длинной.
Только с горем я чувствую солидарность.
Но пока мне рот не забили глиной,
из него раздаваться будет лишь благодарность.



Про это стихотворение многое было сказано. Солженицын, например, писал, что эти стихи "преувеличенно грозные", дескать, как мог писать такое поэт отсидевший всего 17 месяцев: "Срок — первоначально 5-летний лагерный — сведен был к 17 месяцам деревенской ссылки, по гулаговским масштабам вполне детский".

Можно говорить, что звери в клетку не входят, а их туда впихивают... Можно обвинять автора в нарциссизме, дескать, он любуется собой и тем, что был осужден. 

Но я читаю эти строки и понимаю, что передо мной -- прекрасный стих, что душа автора оголена до предела. Что он пишет о самом сокровенном. О таком глубинном, что иногда и сам себе не всегда позволяешь заглянуть так глубоко. 

Можно было бы писать еще. Но давайте я остановлюсь здесь. 
Tags: поэзия
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 19 comments