September 14th, 2014

50

Десять книг, определивших мое мировоззрение

Не буду кокетничать: я знал, что книжный флешмоб из Facebook когда-нибудь доберется и до меня.

Вопрос о том, какие книги мне нравятся больше всего, ставил меня в тупик всю жизнь. Дело в том, что я читаю много, запойно, постоянно и непрерывно -- на всех доступных мне языках. Пару раз даже пробовал читать книги на языках, мне не доступных.

И найти "самую понравившуюся" книгу среди такого количества литературы, как понимаете, очень непросто.

Но составить список книг, определивших мое мировоззрение, -- совсем другое дело.

И так как я не могу просто поучаствовать во флешмобе, то мой вариант будет таким: здесь я даю список из десяти книг, а потом буду рассказывать, почему, как и каким образом каждая из них стала для меня определяющей. И каждый раз это будет очень личный рассказ.

Я не гонялся за оригинальностью. Мне хотелось быть предельно честным.

Порядок книг произвольный.

-- Михаил Булгаков. Мастер и Маргарита.
-- Уильям Шекспир. Ромео и Джульетта.
-- Марина Спендиарова. Гроздь черемухи.
-- Александр Пушкин. Стихи, Маленькие трагедии.
-- Лидия Дурново. Очерки изобразительного искусства средневековой Армении.
-- Габриэль Гарсиа Маркес. Сто лет одиночества.
-- Егише Чаренц. Страна Наири. Лирика.
-- Иосиф Бродский. Стихи.
-- Курт Воннегут. Завтрак для чемпионов.
-- Даннил Хармс. Рассказы. Стихи. Старуха. Гвидон.

Так что ждите теперь по одному рассказу в день.
50

"Мастер и Маргарита"

Как и почему роман Булгакова попал в мою десятку книг, определивших мое мировоззрение.

Мне было 13 лет, когда к нам в Ереван приехала племянница Булгакова Елена Андреевна Земская. Мое поколение студентов-филологов знает ее как автора учебника по русскому словообразованию.

Мы ходили по музеям, ездили по Армении, и наконец настала очередь Эчмиадзина. И во дворе кафедрального собора Елена Андреевна спросила у меня, что я читаю. Не помню, что я ответил, и тогда она задала следующий вопрос: а читал ли я «Мастера и Маргариту»? Я честно ответил, что не читал.

Когда мы вернулись в Ереван, она достала ротапринтную копию изданной в Париже книги и дала мне, со словами: «У тебя есть три дня».

Прочитал я ее за день. Она мне чрезвычайно понравилась рассказом об Иисусе и Пилате, увлекательными приключениями Бегемота и Фагота в Москве, описаниями представления в театре «Варьете» и бала у Сатаны…

Должно было пройти много лет и много перечитываний, чтобы я стал постепенно понимать и потрясающий лиризм сюжетной линии любви Мастера и Маргариты (ах, как я понимаю сейчас эту линию), и слегка завуалированную историю вмешательства КГБ-НКВД в жизнь героев романа, и многое, многое другое.

Будучи аспирантом в Москве, я каждый день ходил в Ленинскую библиотеку, где, вопреки обычаям аспирантов, не просиживал в курилке, а читал книги. И одной из книг, которые я старался все время держать на столе, была «Мастер и Маргарита». Я даже попробовал найти в Москве дом, куда Булгаков «поселил» Маргариту. И мне кажется, что я смог сделать это, проанализировав, дорогу, по которой Маргарита летит на метле. Я все еще надеюсь когда-нибудь написать об этом.

С романом меня связывает еще и то, что друг моего деда художник Семен Аладжалов жил в Москве в «том самом» доме, куда Булгаков поселил Воланда – на Садовой 302-бис. На самом деле, это дом на Большой Садовой 10. Аладжалов жил там в квартире и мастерской, где когда-то жил художник Якулов, о котором Аладжалов написал книгу.

Для становления моего мировоззрения эта книга имела огромное значение. Мне трудно определить, какие именно черты она во мне воспитала, но когда я представляю фразу: «Тьма накрыла ненавидимый прокуратором город» (а я ее именно представляю), у меня мурашки бегут по спине – спустя более чем 50 лет после того, как я впервые прочитал ее.

А начало второй части романа: «За мной, читатель! Кто сказал тебе, что нет на свете настоящей, верной, вечной любви? Да отрежут лгуну его гнусный язык!»…

Как хорошо, что есть на свете настоящая, верная, вечная любовь!