March 18th, 2012

50

Продолжение эссе о Ереване

Вот и очередная главка. Эссе постепенно вырастает в книгу. Двигается медленно, но упорно и настойчиво.  


В поисках прошлого

ссылки на предыдущие части: 

Пришествие
Еще одно пришествие
Ереван, который увидел Таманян
Город, каким его мог увидеть архитектор
Райский город-сад
Райский город-сад. Продолжение
Четыре измерения архитектуры
Архитектурная мифология Еревана
Третье измерение генплана Таманяна, или столкновение с реальностью
Семейная история
Споры о социалистической архитектуре Армении
Три непохожих портрета
Народный дом, он же оперный театр
Народный дом, он же оперный театр. Продолжение
Как в генплан Еревана вторглось четвертое измерение – время
Главка-отступление: О взаимоотношениях архитектуры и власти. Или архитекторы«номер один» и «номер два»

(Все вместе можно прочитать по тэгу "Эссе")



Невозможность имперского города-сада



Осенний визит 1937 года Микояна должен был положить начало новому этапу в жизни Армении, который можно назвать восстановлением после разгрома. Ведь к приезду Микояна в Ереван правительство Армянской социалистической республики было репрессировано почти в полном составе. Если же говорить о партийном руководстве, то оно менялось довольно часто.

В документальном фильме ереванского журналиста Артема Ерканяна об Арутинове приведены такие цифры: за 16 лет – с 1921 по 1937 – компартию Армении возглавляло 13 человек. Шестеро из них были расстреляны или убиты. И это только первые лица.

Но «врагами народа» оказывались не только лидеры. НКВД Армении под руководством украинца Виктора Хворостяна планомерно и последовательно громил республику. Москва спускала планы по количеству разоблаченных врагов народа и требовала их выполнения. В итоге, в списки антинародных элементов попали десятки тысяч людей – от рабочих и крестьян до выдающихся поэтов, писателей, художников.

И приехав в Ереван, 37-летний Арутинов обнаружил, что республика практически обезглавлена – руководители, да и вообще, люди, обладавшие каким-либо опытом руководства, в большинстве своем были либо расстреляны, либо арестованы. И он стал набирать команду лидеров из своих сверстников. В эту команду попал и мой дед, в 37 лет ставший главным архитектором Еревана.

Collapse )