February 25th, 2012

50

Конец февраля...

Конец февраля -- очень тяжелые дни и для армян, и для азербайджанцев.

Вслед за моим другом Альбертом Восканяном, прошедшим всю карабахскую войну, в этот день я приношу свои соболезновния родным и близким, соболезнования всем нам по поводу гибели невинных жертв в Сумгаите (27-29 февраля 1988г.) и Ходжалы (25-26 февраля 1992г.).

Мы, армяне и азербайджанцы, обречены нести с собой эту трагедию всю свою жизнь.

Альберт писал в 2009 году.

Молю Бога, чтобы Он утешил родных и близких всех невинно убиенных в Сумгаите и в Ходжалы, а также всех погибших в конфликте с обеих сторон, чтобы не ожесточил сердца их, дал им мудрость и сил не платить той же монетой.

Прошу Бога, чтобы Он научил нас, всех живущих, прощать и любить друг друга!

Мы все, ради памяти невинно убиенных, должны приложить усилия, чтобы не допустить нового кровопролития, чтобы конфликт был решён мирным путём, за столом переговоров и только путём компромиссов. Все спорные вопросы решаемы - нужны политическая Воля и Мужество!

Да, упокоятся с миром души невинно погибших, да пребудут души их в раю...

Цавакцум эм, тох охы тетев лини нранц амар...

Аллах Рехмет Элесин, торпаглары юнгюль олсун...

Когда наступают эти дни, я вспоминаю молитву-соболезновние Альберта, и понимаю, что лучше я, видимо, не скажу. Поэтому просто повторяю его слова.
50

Интервью Сержа Саркисяна Тому де Ваалу 2000 года

Одна-две фразы, выдернутые из этого интервью, многократно цитировались и обсуждались.

Взято это интервью было в декабре 2000 года, то есть 11 с небольшим лет назад.

Мне было интересно его прочитать. Конечно, интересны те его части, где он рассказывает о войне, о карабахском движении, о том, как Азербайджан получил в ходе войны советское оружие... Причем интересны эти фрагменты не только с точки зрения фактов, а еще и с точки зрения того, как их видел тогда министр обороны Армении.

Интервью мне понравилось.

Вот небольшой отрывок:

Том де Ваал. Меня интересует процесс строительства армии и здесь, и в Карабахе. Фактически в 1991 г. были разрозненные отряды, и вдруг (ну, не вдруг, а постепенно) в 1994 г. фактически возникла армия, и вы — один из ее строителей. Каковы самые большие уроки этого процесса? Ведь был период в 1992 г., когда вы потеряли очень много территорий, наверное, это тоже был большой урок. Какие вы видите ключевые моменты в этом процессе?

Серж Саргсян. Я думаю, первый ключевой момент — это когда приняли решение сопротивляться. И азербайджанской милиции, и советским внутренним войскам. Видимо, самое тяжелое, самое ответственное время тогда было, потому что мы много лет жили в Советском Союзе, знали силу этой машины, и к такому решению было прийти нелегко.

Т. В. Это был 1991 г.?

С. С. Да, 1990—1991 гг. Думаю, второй этап — когда мы приняли решение, несмотря на всю сложность, попытаться сократить линию фронта, попытаться уже серьезно... с боевыми действиями. Мы тогда вынуждены были малыми силами обороняться как внутри, так и снаружи. В Карабахе было очень много азербайджанских населенных пунктов, нужно было и с этой стороны как-то держать людей, и с той. Если посмотреть на карту, в принципе мы полностью были отрезаны от Армении, т. е. вынуждены были занять круговую оборону. И не было ни одной точки в Карабахе, которую азербайджанцы не могли достать своей артиллерией. И тогда мы одну за другой провели операции: Ходжалу, Малыбейли, Шуша и далее Агдам и все остальное. Это было не так, как сейчас, когда есть возможность взять какой-то район или населенный пункт. Был просто результат холодного расчета: вот такую линию фронта провести, только так.

Т. В. Мне даже говорили, что у вас было какое-то совещание с 1991 г., вы выбрали по порядку, где можно...

С. С. Ну, не скажу, что обязательно по порядку, но на самом деле мы начали там, где это было легче, потому что у ребят должна была появиться уверенность, что они могут это сделать. Пришли к такому решению и в три-четыре раза уменьшили линию фронта. У нас не было другого выхода, мы не могли маленьким Карабахом провести такие действия против Азербайджана.

И третий этап, конечно, когда азербайджанцы уже с помощью российских специалистов начали широкомасштабную войну, это был июнь 1992 г. Тогда уж мы решили, что нельзя разрозненными отрядами воевать против танков, самолетов, потому что до этого не было ни танков, ни авиации, ни серьезной артиллерии, а у них был «Град», разные другие вещи. Летом 1992-го Азербайджан получил все вооружение, которое было на его территории.

Читайте интервью полностью -- здесь

А здесь -- комментарий Тома о том, почему он решил опубликовать это интервью

И хочу обратиться к комментаторам: личные выпады против Тома будут удалены из комментов -- для этой записи я ввожу режим постмодерации. Комментируйте на здоровье, обсуждайте все, что сочтете нужным, -- кроме личности автора интервью.