February 2nd, 2011

50

Некоторые социальные показатели арабских стран


СтранаНаселение Средний 
Возраст
Лидер (год рожд.)Год начала правленияБезработица (%)Ниже черты бедности (%)
Алжир34.527.1Абдель Азиз Бутефлика (1937)19999.923
Египет80.524Махаммад Хосни Мубарак (1928)19819.620
Иордания6.421.8Король Абдалла II
(1962)
199913.414.2
Йемен23.417.9Али Абдалла Салех (1942)199435 
Ливан4.129.4Мишель Сулейман (1948)2008нет данных28
Ливия6.424.2Муаммар Каддафи (1942)19693033
Марокко31.626.5Мухаммед VI (1963)19999.815
Саудовская Аравия25.724.9Абдалла ибн Абдель Азиз ас-Сауд (1924)200510.8нет данных
Сирия22.121.5Башар аль-Асад (1965)20008.311.9
Тунис10.529.7(временный) Фуад Мебаза (1933)2011143.8
 
Если посмотреть на эту таблицу, то сразу же бросается в глаза разрыв между возрастом правителей и средним возрастом жителей. Это очень молодые страны, которыми правят люди "среднего и старшего возраста". Если исключить из списка монархов, то картина станет еще более серьезной. 

Представьте, многие граждане этих стран в своей жизни видели только одного лидера! Это, конечно, можно назвать "стабильностью", но аллегоричность такого названия, думаю, не нуждается в объяснении. 

Люди хотят перемен. Люди хотят свободы выбора и свободы своего будущего. 
50

Протесты

Больше недели слежу за событиями в арабском мире. Сначала Тунис, теперь Египет, то и дело поступают сообщения из других стран, где тоже люди начинают думать о протестах, а правители о том, как эти протесты усмирить.

Конечно, я понимаю, что и правители, и простые граждане «примеряют» египетские события на себя, на свою страну.

Не зря ведь в российской прессе и интернете сразу же появилась характеристика египетских событий как «цветной революции». Конечно, никакая это не революция, тем более, «цветная». Не было в Египте выборов, не было протестов против нечестных результатов выборов (а это, как можно видеть, обязательное условие для «цветной революции»), нет там и харизматичного лидера, который направляет толпу и организовывает протесты. А наличие такого лидера очень важно.

Интересно, что российская пресса стала называть демонстрации и марши в Египте бунтом и мятежом. Да, если говорить о строгом словарном значении этих слов, то, действительно, можно говорить и о бунте, и о мятеже. Но для меня сейчас важно то, что слова эти – с негативным эмоциональным оттенком, в то время как существуют нейтральные аналоги.

Когда начинаются протесты, у людей, выходящих на площадь, появляется ощущение единства. Это удивительное чувство: стоять вместе со всеми, слушать ораторов, говорящих так, будто эти слова исходят из вашего сердца, смотреть на других и видеть, что и они думают так же. Как приятно ощущать себя, свою отдельность, свою самость, и понимать, что и все остальные тоже такие же отдельные люди, но что вы все равно вместе, вы – народ…

А те, кто не с вами, – так это же временно! Ведь на площади – лучшие люди! И мы знаем, что даже те, кто остался дома, на самом деле, симпатизируют тем, кто стоит на площади…

И кажется, что власти не могут не откликнуться на такой единодушный призыв всего народа.

На самом деле, конечно, это не весь народ. Есть многие, для кого это «толпа», «бунтовщики», «мятежники». Причем не только для проправительственных телеканалов и газет, а и для других простых людей.

Но не это важно, а то чувство подъема и энергии, которой заряжаются стоящие на площади люди.

Мне знакомо это чувство. Знакомо и другое – разочарование и бессильная злоба, когда оказывается, что власть не хочет уступать, не хочет сдаваться, а посылает на безоружных мирных демонстрантов полицию, отряды специального назначения, которые бьют людей дубинками, пускают слезоточивый газ… Или отправляют боевые вертолеты, которые начинают низко-низко кружиться над демонстрантами, чтобы запугать их. Или нанимают людей, которые устраивают демонстрации в поддержку властей и столкновения…

Люди хотят изменений. Они хотят движения вперед, динамики и развития. Но они же хотят спокойствия и стабильности. И волнения, подобные тем, что сотрясают сейчас арабский мир, происходят, когда стабильность превращается в застой.

И еще. Власть это борьба. Политика это борьба. Не всегда чистыми средствами.

Наверно, поэтому-то я в свое время и ушел из политики.