December 9th, 2009

50

Одинокая певица

Время от времени я ставлю ссылки на коротенькие фильмы, которые снимает тбилисская студия, основанная моими друзьями. Называется она Go Group, а фильмы, которые они снимают, отличаются непосредственностью и отсутствием какой-либо политики -- что мне чрезвычайно нравится.



Эта зарисовка посвящена одинокой женщине-пенсионерке, живущей в своем собственном мире, где она еще молодая и красивая, где вся жизнь впереди, и она еще может стать певицей, выйти замуж и быть счастливой. Эта зарисовка наталкивает меня на мысли о столкновении мечты и реальности, идеального и материального, внутреннего и внешнего...

Но -- как говорилось в рецензиях на статьи и диссертации, которые я когда-то писал -- наряду с безусловными достоинствами фильма надо отметить и некоторые недостатки.

Есть кадры -- просто потрясающие. Я очень ценю умение замечать и показывать детали. Так вот, кадры с котенком и тремя будильниками достойны самой высокой похвалы. Но есть и пустые кадры, сделанные некачественно... Понимаю, что автор -- не высокий профессионал. Но и фильм не на полтора часа. Уверен, можно и нужно было доснять, доработать, доделать.

Начало фильма не связывается с главным в сюжете. То есть поход на рынок и рассказ о том, как познакомилась автор с героиней, просто не нужны. Или, если и нужны, то не в начале, а где-нибудь в конце, чтобы показать героиню "на работе", то есть на рынке, где она продает бублики

С точки зрения звука, профессиональное исполнение "Сулико" садится на пение героини так, будто автор фильма хочет сказать "вот как надо петь". Я понимаю, что этой цели у нее не было, но результат получается именно таким. Лучше удалось вывести "Подмосковные вечера", где мы начинаем слышать профессиональное исполнение как бы под голосом героини, и оно постепенно выходит на первый план. А так как этот прием повторяется дважды, то создается впечатление, что для третьей песни -- армянской -- автору просто не удалось найти звуковой дорожки. То есть надо было искать каких-то других решений.

И хотелось бы больше спокойных портретных кадров.
50

Портреты

Виктор Сосновцев




Мне почему-то кажется, что его должен знать весь Кишинев. Ведь он -- один из самых колоритных и ярких продавцов, базирующихся на рынке в центре города, где продаются всякие художественные поделки.

Такие рынки есть почти во всех постсоветских столицах. Ну разве что в Душанбе я не видел такого. Наверно, все же, плохо смотрел... На этих рынках продаются всякие поделки, небольшие произведения прикладного искусства и писаные маслом картины, на которых изображают разные пейзажи, значимые для того места, где они продаются.

Ну вот, например, на ереванском "вернисаже" продаются виды Арарата с парой тополей на первом плане, виды разных церквей и голубоватые водные просторы, изображающие Севан. В Бишкеке -- виды озер в глубоких ущельях, табуны лошадей, белые юрты на заднем плане. А еще -- орлы, соколы, беркуты. И маки. Огромные красные маки. В Кишиневе продают пейзажи со спокойными реками, плакучими ивами, подсолнухами...

Ну и, конечно, во всех этих городах продают картины с возлежащими (или восседающими) обнаженными женщинами с преувеличенными формами. Это обязательно.

И на каждом из этих рынков и рыночков есть, наверно, такой человек, который выделяется из числа продавцов, привлекая прохожих экстравагантным внешним видом, общительностью, чувством юмора, характером. И вот, сдается мне, Виктор Сосновцев должен быть именно таким человеком. А раз кишиневцы либо проходит мимо, либо заходят присмотреть подарок родственникам или сослуживцам (картину маслом юбиляру!), то они обязательно должны были заметить его. А заметив, запомнить.

В конце концов, именно такие люди делают место обитания городом, одушевляют его. Не даром ведь в Ереване даже памятник установили персонажу, которого запомнили все горожане за романтичность и бескорыстие, за чувство красоты и трепетное отношение к жещинам.

Когда я попросил разрешения сфотографировать его, Виктор прижал к себе этот глиняный кувшин со стилизованным изображением головы девушки, как, наверно, Пигмалион прижимался щекой к статуе Галатеи, умоляя олимпийских богов оживить ее.

Но вряд ли кишиневский скульптор захочет оживить этот кувшин. Да и зачем?... Вместо этого он поднесет его к губам, дунет... и голова девушки запоет. Оказывается, Виктор специализируется на изготовлении керамических фигурок, в которые можно свистеть. Они называются окарины и, как утверждает Виктор, у каждой есть свой голос. Он даже записал два диска, где играет на своих фигурках-окаринах. Я этой музыки не слышал, поэтому оценить не могу.

Но каждый раз, приезжая в Кишинев и проходя мимо этого художественного базарчика, который я по ереванской привычке называю "Вернисаж", я вижу Виктора, продающего свои керамические фигурки. Вижу я его и когда проезжаю мимо. Видимо, его нельзя не заметить. Уж очень он яркий человек.