October 21st, 2009

50

Городской джаз

Позволь поставить пластинку…

Не CD, хотя у CD лучше звучание, а старую добрую виниловую пластинку.

И не спрашивай, что я хочу поставить. Ты же знаешь, что это джаз. Но только не биг-бенд и не вокал. Это будет инструментальный джаз, что-нибудь камерное, в исполнении трио или квартета. Я хочу достать пластинку из бумажного конверта, потом аккуратно снять с нее полиэтиленовую пленку, бережно держа диск двумя пальцами, чтобы ненароком не задеть звуковую дорожку.

А потом, поставив диск на «вертушку» я бережно опущу иглу на самый краешек.

И пока нет музыки, буду слушать легкий шум и потрескивание – как будто за окном идет дождь. Осенний дождь, стучащий по опавшей листве.

И пойму, что музыка вокруг меня. Она образуется не от движения пластинки под иглой, а сама по себе, из воздуха.

Потому что сам город и есть эта пластинка. Ведь если посмотреть на него сверху, то сразу можно увидеть, как похож он на виниловый диск, где кольцевые улицы шумят и потрескивают, как промежутки между песнями, а кварталы внутри них поют, как джазовые композиции. И мы услышим, как пластинка нашего города заиграет простые и незамысловатые мелодии внешних дорожек. И чем ближе к центру, тем сложнее и современнее станет джаз.

Пусть играет эта пластинка. И пусть на ней будет трио – фортепиано, бас, ударник. И мы даже знаем, кто именно на каком инструменте играет. Как же без этого, ведь джаз – это индивидуальность исполнителей, вдохновение и импровизация. Для того, чтобы быть хорошим джазменом мало быть музыкальным виртуозом. Надо быть личностью… Личностью, которая способна увлечь слушателей, заставить их жить музыкой и в музыке. А таких у нас раз-два и обчелся.

Ну и что?

Пластинка крутится, и вот уже появилась следующая композиция о зале, в котором играет музыкант. Хотя, наверно, нужно было бы написать это слово с большой буквы: Музыкант. Вот так – Музыкант. А потом начинается песня о маршруте, который приведет вас в мир джаза.

Это жизнь моя, как джазовая пластинка. Крутится между кольцевыми бульварами города и снова и снова приводит меня в те же самые места. Те же, да не совсем. Игла ведь идет по пластинке не по кругу, а по спирали… И попасть на то же место она может только если диск испорчен, если на нем появились царапины. Собственно, и музыка тогда оборвется, уйдет в бессмысленное повторение одной и той же музыкальной полуфразы…

Это жизнь, которая всегда движется кругами, но по спирали. Я встречаю старых друзей, но они уже изменились – они не такие, какими были, когда я их оставил. Кто-то из моих друзей остался в этом мире только виде фотографий, а кто-то – музыкальных записей. Да и сам я тоже изменился.

И пусть Музыкант, как и раньше, играет самбу, написанную его дочерью. Все равно – он играет ее в другом месте, да и сам он постарел, потяжелел...

Шум дождя, песня. Потом снова шум дождя… И снова песня.

Это мой город.

Это моя жизнь.
50

Размышления о преемственности политики

На этот пост меня навела недавняя беседа с френдом uzogh .


Кочарян, Саркисян и армяно-турецкие протоколы

Политическая новость живет очень короткой жизнью.

Проходит пара месяцев, и мало кто уже помнит, что было сказано влиятельным политиком, что крылось в недрах подписанного документа, или как именно развивалась та или иная политическая ситуация.

В случае с армяно-турецкими протоколами это вопрос не пары месяцев, а нескольких лет. Точнее – четырех с половиной лет.

Весной 2005 года премьер-министр Турции Реджеп Тайип Эрдоган написал президенту Армении Роберту Кочаряну письмо, предлагая создать совместную комиссию историков, которые должны были, по его плану, поработать в архивах Турции, Армении и третьих стран и решить окончательно и бесповоротно: был ли геноцид армян в Османской империи, или его не было.

Кочарян ответил отказом. Его отказ выглядел так:

«…с самого начала мы предложили установить дипломатические отношения, открыть границы и начать диалог между странами и народами. (…)

… мы предлагали и снова предлагаем без предусловий установить между нашими странами нормальные отношения. Именно в этом контексте может быть созвана [видимо, все же «создана»] межправительственная комиссия для обсуждения любого существующего между нашими странами вопроса или всех вопросов с целью их решения и достижения взаимопонимания»
.

Тогда, пять лет назад, это письмо встретило довольно теплый прием в Армении. Даже с оттенком некоторого злорадства, типа: «вы хотели комиссию? А вот слабо согласиться на такую, которая обсуждала бы все вопросы?»

Так что предлагал Кочарян?

Collapse )