March 1st, 2009

50

Журналистская забастовка


В четверг бастовали три языковые службы Всемирной службы Би-би-си -- урду, хинди и непальская.



В Британии забастовки устраиваются так: во-первых, бастуют члены профсоюза. Но сначала они должны проголосовать за забастовку. И если большинство -- "за", то забастовкая является законной, и их нельзя уволить с работы.

Бастующие приходят на работу, но в здание не заходят, образуя Picket line -- пикет, пересечь линию которого -- вещь постыдная и, говоря попросту, штрейкбрейхерство. 

За головой девушки виден вдали плакат с аббревиатурой NUJ -- это National Union of Journalists, Национальный союз журналистов -- профсоюз. Забастовку поддержал и второй журналистский профсоюз -- BECTU -- Broadcast Entertainment Cinema Theatre Union. 

Забастовка продлилась 24 часа. Протестовали против сокращений (больше тридцати людей могут оказаться без работы) и против решения руководства перенести подготовку вещания из Лондона в страны Юго-Восточной Азии. 

50

Весна

В это время года я ощущаю себя бродягой. 

Видимо, я вообще человек неприкаянный. И суждено мне бродить, не находя пристанища и тепла... Но вот весной я это чувствую особенно ярко.  
50

В поддержку

Я никогда не встречался с Галиной Кожевниковой. Но мы знакомы. Галя -- автор двух глав в коллективных монографиях, которые мне посчастливилось редактировать. И как автор Галя человек очень придирчивый, строгий, внимательный. 

В основной своей деятельности Галя -- заместитель директора центра "СОВА", который в том числе ведет мониторинг "языка вражды" в российских СМИ, то есть отслеживает проявления ксенофобии и национализма, занимается взаимоотношениями религии и общества, проявлениями политического радикализма. 

И сегодня я прочитал в Вестнике гражданского общества Civitas такую фразу: 

"До сих пор Верховскому и его заместителю Галине Кожевниковой, информирующим читателей кроме всего прочего и о неприглядных результатах тоталитарной политики, проводимой режимом, систематически звонили по телефону и угрожали расправой. А теперь представители той самой угнетаемой то одной, то другой властью массы начали осаждать их и по месту жительства, и никакая милиция обнаружить спокойно расхаживающих по домам нацистов, конечно, не в силах". 

Какой это ужас!