Марк Григорян (markgrigorian) wrote,
Марк Григорян
markgrigorian

Categories:

Душанбе

Настала очередь описать поездку в Душанбе.

Как и в предыдущих случаях, не буду писать о работе -- это неинтересно. Лучше я в этом посте опишу свои впечатления, а потом поставлю фотографии из Таджикистана.

Путешествие по Центральной Азии. Душанбе

Я летел в Душанбе впервые за восемь лет. Предыдущий раз, когда я собирался в столицу Таджикистана, мне туда попасть не удалось: на меня было покушение всего за несколько часов до того, как я должен был сесть в самолет. Кто-то бросил мне под ноги боевую гранату. Она взорвалась, и вместо Душанбе я попал в больничную палату. Хорошо еще, что не на кладбище. Это было в октябре 2002 года.

А за два года до этого я прожил в Душанбе целый месяц, изучая медиа-ландшафт страны. Результатом этой работы стала брошюрка, которую мы написали совместно с швейцарским журналистом Андре Лёршем (если кому интересно, она здесь).
Первое впечатление от города: оказывается, я его знаю и помню! За месяц, прожитый там в 2000 году, я успел довольно прилично изучить центр Душанбе. Не так, как узнаешь новые города – фрагментами, кусочками мозаики, которые не ложатся в цельную картину, а так, как знаешь давно знакомый город.

Правда, пыльный очень. То ли я стал таким "западным", что замечаю эту пыль, то ли действительно центральноазиатские города за последние несколько лет стали грязнее и пыльнее.

Это не туман над Душанбе -- это пыль.
dust

И первый день стал для меня каким-то армянским. Когда я регистрировался в гостинице, оказалось, что молодую очаровательную администраторшу зовут Ануш. Не успел я закончить со своими делами, как к стойке подошла женщина:

– Там у вас должна быть бронь для меня. – обратилась она к Ануш.

– Как ваша фамилия?

– Багдасарян.

Сначала я подумал, что она москвичка – уж очень «по-русски» она себя вела. Но потом оказалось, что из Самарканда. И когда на следующий день за завтраком мы разговорились, оказалось, что когда я был в Самарканде и собирался написать статью об армянской диаспоре Узбекистана, я встретился с ее родственником. Там, в Самарканде, была тогда единственная армянская церковь в Центральной Азии. Сейчас их две (вторая в Ташкенте), но служит в обеих церквях один и тот же священник, по очереди посещая то один город, то другой.

И когда мы беседовали о Самарканде, в ресторане включили музыку – это был дудук. «Дле яман». И еще не раз слышал я в Душанбе знаменитую в Ереване «Ара вай-вай». Ее исполняли на таджикском (или фарси – говорят, это один язык). Песня эта так здесь популярна, что я даже готов предположить, что она в действительности персидская, а не армянская. Ее можно было услышать и на радио, и в ресторане…

За прошедшие восемь лет Душанбе почти не изменился. Улицы в очень приличном состоянии (намного более приличном, чем в Бишкеке), тротуары довольно чистые, машин на улицах немного. Есть и новые здания. В разных местах центра идет строительство, что довольно типично для постсоветской столицы. Но строят, главным образом, не многоквартирные дома, а общественные здания. Вход и решетки Центрального парка завешаны большими плакатами: там строят мемориальный комплекс Рудаки, на плакатах – библиотека, несколько гостиниц, центр «Исмаилия»…

Изменились люди. Когда идешь по улице, кажется, что женщины одеты как-то карнавально. Стало очень много женщин, одетых в национальные костюмы: это тяжелые длинные платья, скрывающие фигуру, из-под платьев видны шаровары («штанишки»), головы повязаны цветастыми платками. Мало женщин, одевающихся «по-европейски». Причем их мало и среди молодежи. Мужчины же, как правило, одеваются более привычно для моего глаза (пиджачные пары, а то и тройки, сорочки, Иногда – довольно редко – тюбетейки на головах).

Если женщины одеваются в национальные платья, то и ходят, как правило, парами.
Dushanbe-11-009


Президент Рахмон

"К нам пришли как-то из КГБ, попросили снять ковер. Говорят, 
президент здесь как будто небритый. А я им говорю: "не я же 
этот ковер ткала!" (из монолога директора магазина сувениров, 
расположенного напротив президентской администрации)

Dushanbe-11-104

Друзья повезли меня в Варзобское ущелье – очень красивое курортное место недалеко к северу от Душанбе. По всей дороге расставлены большие щиты с изображениями президента Рахмона. Мне перевели надпись на одном из них: «Благодаря тебе мир узнал о Таджикистане» (возможно, я немного ошибаюсь, но смысл перевода был именно таким). На других щитах, как мне рассказали, были цитаты из его речей или лозунги подобного же типа.

Но это не все. На одном из щитов было изображение матери президента с надписью, что-то вроде «материнская мудрость». Перед щитом, напоминая свечи, горели лампочки. Ну прямо как перед иконой.

В правом верхнем углу -- мать президента.
Dushanbe-12-140


Портреты Рахмона были всюду – включая один просто висевший со скалы.

Dushanbe-12-134

Проехав несколько километров, мы увидели дачу президента. Это комплекс строений, самое большое из которых просто огромно. Я бы даже сказал циклопического размера. Оно напомнило мне королевский танцевальный зал из мультфильма про Золушку или Русалочку. Незаконченное, оно напирало углом на дорогу, даже немного как бы нависало над полотном дороги, а под ним шумела горная река. Строение это так велико, что когда смотришь на него, возникает чувство нереального: оно напоминает что-то из кино, возможно, даже из фильма «Звездные войны».

Когда я на следующий день поехал к Гиссарской крепости (а она уже к востоку от Душанбе), на дороге также было несколько портретов Рахмона с различными изречениями. Но я уже не спрашивал об их содержании: все было ясно и так.


Милиция

Такого количества гаишников, как в центре Душанбе, я не видел даже в худшие годы в Тбилиси.

Они стоят буквально на каждом перекрестке, а иногда даже и чаще. Небрежный, плавный жест руки с красным жезлом, и машины останавливаются, как завороженные: «Документы!» бумаги переходят из рук в руки. Гаишник листает их с отвращением, будто смотрит на змею. Понятно, если водитель не вышел из машины и спокойно протягивает документы, то поживиться, скорее всего, нечем. Вдруг глаза милиционера оживляются: «доверенность на машину есть»? Водитель показывает ее издалека, но в руки не дает. Глаза гаишника снова меркнут, документы возвращаются хозяину. Мы едем дальше.

А как-то раз милиция остановила меня. Было это полдевятого утра у статуи Сомони напротив парламента. Я решил сфотографировать большую карту «исторического Таджикистана», находящуюся за статуей. На ней империя Сомони расстилается от Каспийского моря до Китая. То есть примерно на тех землях, на которые претендуют все центральноазиатские государства. За исключением, возможно, Кыргызстана.

Статуя Сомони в центре Душанбе. Здесь мы "любезничали" с милицией.
Dushanbe-11-015

Я свернул с проспекта и пошел по направлению к карте. Сзади раздался свисток милиционера. Я понял, что это он в «мою честь», но не остановился, заставив свиснуть еще раз. Тогда я оглянулся. Милиционеров было трое. Они жестами подзывали меня. Я не двигался с места. Они направились в мою сторону. Шли они вразвалочку, утиной походкой, засунув руки глубоко в карманы. Я постоял, потом засунул руки в карманы и медленно пошел им навстречу.

Подойдя, один из них вынул из кармана правую руку и протянул ее мне, здороваясь. Скажу честно, я ожидал, что он отдаст честь и представится. Помедлив, я подал ему руку

– Почему вы меня остановили? – спросил я.

– Здесь охраняемый объект, – ответил он.

– А где границы вашего объекта

– Тут, – и он неопределенным жестом махнул рукой, показывая, видимо, на обширные пространства перед статуей и за ней.

– Ну и что? – наглея спросил я.

– Нельзя тут ходить. Субботник идет, – ответил его напарник.

Прекрасная логика -- поистине милицейская.

– Какой субботник? Сегодня четверг. – сказал я, глядя на него поверх очков.

– Ну... Эта... дворники работают.

– Значит вы дворников охраняете?

Пауза. Милиционеры пытались понять, что к чему.

– Документы есть?

– Есть.

– Можно посмотреть?

Ну, и так далее.

Давненько меня не останавливала милиция! И как по-советски было это сделано, и как гадко это было, Боже мой!

Улетал я из Душанбе с очень смешанными чувствами. С одной стороны, я побывал там, где уж и не чаял побывать, встретился с журналистами, которые называют меня «устод», что значит «учитель». Это очень приятно и хорошо.

Но с другой стороны встретили меня не очень приветливо (а скорее, очень неприветливо), кроме того, оказалось, что книгу мою, которую должны были перевести на таджикский, даже и не начинали переводить.

И, видимо, уже не начнут.
Tags: Центральная Азия, путешествия
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 40 comments