Марк Григорян (markgrigorian) wrote,
Марк Григорян
markgrigorian

Category:

Самолетное

Никогда я не был ближе к авиакатастрофе. 

А было это ровно четыре года назад, во время перелета Бишкек-Ош. 

Вспомнил я об этом в преддверии центральноазиатского путешествия и в предвкушении обильных перелетов (Лондон-Стамбул-Бишкек-Ош-Бишкек-Душанбе-Бишкек-Стамбул-Тбилиси-Стамбул-Лондон -- полный кошмар). Собственно, о том перелете я и не забывал. 

А летели мы с Эльмирой Токтогуловой, координатором (или директором) медиа-программ организации CIMERA, в Ош потому, что я должен был провести там небольшой тренинг для редакторов из Кыргызстана, Узбекистана и Таджикистана.

И вот как мы летели. 

Ошский рейс должен был вылететь из Бишкека в девять утра. Но уже по дороге в аэропорт мы поняли, что шансов на это мало: снег валил огромными хлопьями, небо, соответственно, покрывали низкие тучи. Ко всем этим удовольствиям добавлялся довольно густой туман. Но мы все равно ехали в аэропорт, видимо, надеясь на чудо.
 
Чудо произошло не сразу. Сначала рейс отложили на час. Потом еще на час. А потом, хотя снег и туман не прекращались, вдруг объявили регистрацию. Обрадованные перспективой сегодня же быть в Оше, пассажиры маленького АН-24 быстро и дисциплинированно прошли через все преграды и металлодетекторы и, толкаясь, забрались в самолет.
 
Спустя несколько минут по проходу между рядами прошли члены экипажа, потом закрутились пропеллеры (да-да, пропеллеры, это же АН-24), и самолет вырулил на взлет. А потом, несмотря на туман и снегопад, набрал скорость и взлетел. 

(Вот как выглядит АН-24. Тот, на котором мы летели, конечно, был постарше. Фото отсюда)

АН 24
Буквально сразу же мы попали в молочно-белое облако. И так, в белом молоке летели полчаса, час… А надо сказать, что лету из Бишкека в Ош – ровно час. Так что по прошествии часа мы стали напряженно ждать снижения. Но ничего не происходило. Выглянешь из иллюминатора – молоко, даже, кажется, крыло самолета видно не целиком. Только нижнюю часть и мотор.
 
Летим в этом молоке еще десять минут, потом еще десять… И стюардесса объявляет: «Уважаемые пассажиры. По погодным условиям в аэропорту города Ош наш самолет вынужден вернуться в Бишкек». Мы, естественно, ворчим, но понимаем, что если в Оше погода хуже бишкекской, то ничего не поделать – надо возвращаться.
 
Но я тут же вспоминаю, какой была погода в Бишкеке – снег, туман, низкая облачность – и мне становится немного, как бы сказать, не по себе. Неужели пилоты собираются в такую погоду посадить самолет в Бишкеке? Это упражнение сразу начинает казаться довольно рискованным, чтобы не сказать, близким к безнадежному.
 
Тем не менее, мы летим. За иллюминаторами все то же белое молоко, моторы шумят, словом, ничего не понятно. И летим мы так около получасу. И вот, наконец: «Уважаемые пассажиры! Наш самолет идет на снижение для захода на посадку в аэропорт «Манас» города Бишкек».
 
Мы, естественно, пристегиваем ремни и ждем. Проходит еще минут пятнадцать (вы следите, мы находимся в воздухе уже более двух часов), и самолет выпускает шасси. Так как крылья находятся сверху, мы видим, как из их недр вываливаются стойки с колесами. Сразу после этого с самолетом начинают происходить какие-то странности. Он накреняется влево и начинает двигаться как бы рывками. И мы чувствуем, как левое крыло тянет вниз, а пилот каким-то своим, пилотским усилием приподнимает его. Но крыло все равно тянет вниз! Через пару секунд следует очередной пилотский рывок, и самолет почти выпрямляется. Но лишь почти. Потому что, не успев выправиться, но снова заваливается налево.
 
Так продолжается некоторое время. Неприятное это ощущение, скажу вам. Кругом белый туман, самолет шатается, как пьяный, а мы сидим и смотрим друг на друга, совершенно не понимая, что происходит.
 
И вдруг я вижу в иллюминаторе землю! Так и хочется крикнуть «Земля, земля!», совсем как в свое время кричал колумбовский матрос. Но эта земля что-то слишком близко – метра, наверно, три. И самолет почему-то, вместо того, чтобы сесть, сразу убирает шасси и набирает высоту. То есть снова окунается в белую пелену.
 
И мне представляется такая картина: видимо, взлететь мы взлетели, а сесть из-за плохой погоды не можем ни в Оше, ни в Бишкеке. Наверно, так же плохо с погодой в Ташкенте. Я лихорадочно пытаюсь восстановить в памяти карту Ферганской долины и ее окрестностей, чтобы понять, где еще поблизости может быть аэропорт. В Алмате? Но погода там не должна отличаться от бишкекской. Сколько у самолета горючего? На сколько времени его хватит? Ведь если горючее кончится, пока мы в воздухе – это конец. Пассажиры стали нервно доставать мобильные телефоны, чтобы, видимо, дать последние распоряжения родным и близким.
 
Но телефоны не работали. Прошло еще несколько минут, и шасси снова вывалились. Самолет немедленно стал снова играть в ту же игру – крениться на левое крыло, потом рывком выравниваться, потом снова заваливаться налево. А когда стюардесса пошла по проходу, проверяя, пристегнуты ли ремни безопасности у пассажиров, стало видно, как сильно кренится самолет, ибо ее тело составляло очень неприятный угол по отношению к настилу прохода и ко всем нам, застывшим на своих местах.
 
Так, рывками, мы летели еще несколько минут. И вдруг метрах в трех под нами мелькнула земля. На этот раз самолет не убрал шасси, а наоборот снизился и благополучно приземлился. Встречающие нас в аэропорту видели, что сел он буквально на хвосте другого самолета, ЯК-40, который, наверно, был чуть получше нашего. Расстояние между садящимися самолетами было, говорят, меньше ста метров.
 
Но вернемся в кабину. Мы были счастливы, что приземлились. Мы улыбались друг другу и включали мобильники, чтобы сообщить родным и близким странную новость – мы снова в Бишкеке. Обидно, конечно, было, что мы не долетели до Оша, но как было здорово, что снова на твердой земле!
 
И тут мы услышали голос стюардессы: «Уважаемые пассажиры! Наш самолет произвел посадку в аэропорту города Ош. Температура воздуха за бортом…»
 
То, что последовало, Гоголь в свое время назвал немой сценой. Зря мы выглядывали из иллюминаторов, пытаясь понять, где мы находимся. Мы видели пляшущие в тумане огромные хлопья снега. И все.
 
Понимаю, что вам, дорогие читатели, хочется узнать, куда мы все-таки прилетели. Чтобы не томить вас, закончу этот рассказик полнейшим happy end. Мы были в Оше. И – что особенно интересно – нас в аэропорту встречали друзья.
 
Когда мы на следующий день улетали обратно в Бишкек, погода была просто великолепной.
Tags: Центральная Азия, воспоминания
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 71 comments