Previous Entry Share Next Entry
Рецензия, написанная по следам травли писателя Айлисли
50
markgrigorian

Шум вокруг книги азербайджанского писателя Акрама Айлисли "Каменные сны", демонстрации против его книги, слушания в парламенте и разные другие события заставили меня прочитать этот роман, опубликованный в декабрьском номере журнала "Дружба народов" на русском языке в авторском переводе.

И я решил, не особенно углубляясь в политику, написать рецензию на роман. Обыкновенную рецензию, в которой, однако, не мог совсем не обратиться к событиям вокруг книги. Но они все же для меня не так важны. Я всегда на первое место ставлю чтение книг, а "я не читал, но осуждаю" для меня всегда было просто, извините, либо пропагандой, либо глупостью.

Ну вот. После такого предисловия -- читайте рецензию.

Литературное произведение всегда имеет несколько слоев. У него всегда есть внешняя канва, сюжет, по которому развиваются события, за сюжетом скрывается идея или ряд идей, которые автор выразил через взаимоотношения героев, их диалоги и поступки.

И, наконец, есть и глубинный слой, где скрывается то, что автор выразил, возможно, сам того не желая.

Приступая к чтению романа Акрама Айлисли "Каменные сны" я ни о чем подобном не думал. Мне просто хотелось узнать, чем вызвал этот роман такое негативное отношение к себе в Азербайджане, что в нем есть "такого", что стало поводом к акциям протеста и заставляет молодежь, вряд ли читавшую этот роман, устраивать травлю автора и "торжественные похороны" книги. За что такая травля писателя?
Признаюсь, я начинал чтение с опаской, потому что предыдущий роман, вызвавший в Азербайджане негативную реакцию, написанный Алекпером Алиевым о любви между геями азербайджанцем и армянином, оказался, пусть простит меня автор, литературно слабым и, в некоторых аспектах, беспомощным. Хотя встречи между представителями неправительственных журналистских организаций двух стран были описаны не без чувства юмора и позабавили меня - участника нескольких таких встреч в 1995-2001 годах.

С этой точки зрения произведение Айлисли меня позитивно удивило.

Сюжет романа построен на том, что бакинская толпа случайно, приняв за армянина, зверски избивает знаменитого актера. Актер впадает в кому и умирает, не приходя в сознание, 12 января 1990 года -- за день до начала самых страшных погромов, после которых армян в Баку не осталось.

На фоне этого разворачивается рассказ о родном селе актера -- Айлисе, который, на самом деле, является армянским Агулисом. Рассказ об Агулисе включает в себя и резню 1919 года, и совместную жизнь оставшихся армян и азербайджанцев в селе после резни, и то, как армянки трепетно относились к агулисским церквям и к своей вере.

Следующий пласт романа -- сюжетная линия, связанная с убийством черного лисенка. Один из персонажей убивает лисенка, и в памяти главного героя остается образ пятна крови, оставшегося после того, как лисенок был убит. Этот лисенок в конце романа становится как бы символом армян, которых убили в Сумгаите и убивают в Баку. Но при этом для собирательного образа армян выбран именно лис -- хищник, которому приписываются хитрость и коварство.

Но он и беззащитен перед ружьем, и мал -- это еще не лис, это лисенок.

Интересна еще одна линия, выписанная, однако, довольно схематично: герой хочет поехать в Эчмиадзин и принять христианство. Последнее, что хотел сказать уже пораженный инсультом герой, было слово "Эчмиадзин".

С литературной точки зрения самым, на мой взгляд, слабым местом стал диалог героя с директором театра, в котором герой критикует Вождя, за которым легко просматривается Гейдар Алиев. Диалог этот затянут и, видимо, в том числе, и от этого довольно неубедителен.

Если подвести итог --роман интересен, его перевод на русский язык читается легко, и я рекомендую его читать.

Он неожиданен. Художественное произведение, написанное известным азербайджанским писателем, в котором армяне изображаются как жертвы, в котором чувствуется авторская симпатия к ним, в корне противоречит официальной пропаганде, изображающей армян только и исключительно как агрессоров и захватчиков.

И тут-то как раз и кроется главная мысль писателя. Она в том, что нормально жить в мире с соседями. Нормально дружить с соседями. Вражда -- ненормальна. Убийства и погромы -- ненормальны.

Мне , конечно, трудно судить, которая из сюжетных линий или идей, вложенных в роман, послужила поводом для организации травли писателя. Была ли это критика Вождя, или изображение армян как жертв, или симпатия к соседям, или, может быть, все это вместе -- но на писателя обрушилась официально одобренная волна ненависти.

Конечно, главными исполнителями стали молодые люди, книгу Айлисли, народного писателя и заслуженного деятеля искусств Азербайджана, кавалера орденов "Истиглал" и "Шохрат", скорее всего, не читавшие. Но осуждающие.

Мне же -- скажу откровенно -- главная мысль романа крайне симпатична.

Соседи должны жить в мире.

И, как говорится, никаких гвоздей.

Posted via LiveJournal app for iPad.

Tags:

Марк,а есть ли в Армении писатели, описавшие армянско-азербайджанский конфликт, пытаясь дать и критический взгляд на действия Армении(изгнание азербайджанского населения из Армении, Ходжалы и так далее)?

Я не знаю, кто из армянских писателей описывал конфликт -- признаюсь честно.

Может быть, не знаю, потому что никто не устраивал публичной травли. Это тоже вариант. Может, не знаю просто по той причине, что, живя в Лондоне, не так-то просто следить за развитием современной армянской литературы.

У меня где-то есть в библиотеке сборник писателей Южного Кавказа о конфликтах при распаде СССР, изданный в Москве.
Я каюсь, только предисловие прочитал и немного пролистал его.
Не запомнил ни одной фамилии.
Когда я был последний раз в Тбилиси, то прочел несколько переведенных антивоенных рассказов грузинских писателей о войне в Абхазии.

Есть такие сборники, есть даже альманах... Качество литературы там не всегда на уровне желаемого, но очень важно, что есть такие писатели.

Мне стиль Айлисли чем-то напомнил Рушди. Талантливый писатель.

Ну и отдельное спасибо азербайджанским политикам за рекламу и популяризацию романа. Аудитория читателей теперь Айлисли обеспечена. Дураков только заставь молиться Патриотическим Идеям Общенационального Лидера, они же в лепешку расшибутся. На то и дураки, тем и ценны.

Edited at 2013-02-03 05:01 pm (UTC)

Если говорить о литературной части, то там, конечно, есть и надуманные куски, и не всегда оправданные диалоги... Я не считаю, что он -- фигура, приближающаяся к Рушди. Но читать роман было интересно.

соседей мы не выбираем, мы находим с ними общий язык и стараемся прижиться, не оскорбляя и не нанося урон своему достоинству, - это я слова одного нашего бывшего Главы пересказываю, а он чьи-то)

Неплохие слова.

Мырза, в целом я согласен с твоими мыслями. Ну а о нюансах щаз выскажусь.
Мне роман (или повесть? структурно - это, конечно же, повесть) не очень понравился.
Я увидел в нем некую нарочитость: идею вины перед армянами, и повествование эту тему как бы раскрывающее. Именно поэтому я не вижу в этом произведении литературы, но вижу позицию. Не скрою - очень близкую многим армянам, и потому, как мне кажется, переслащенную. Шербетизированную. А вкупе с интервью Айлисли, где о предложил армянским авторам написать что-то в этом духе о Ходжалу - я понимаю, что ему важна не суть, а форма. Акраму Айлисли важен процесс совместного признания ошибок, а не литература в ее исходном, пуристском понимании.
Именно поэтому я склоняюсь (но ни в коем разе не уверен, и готов обсудить, буде найдутся люди, кто не поленится это сделать) считать это произведение агиткой. И именно тем, что оно агитка я объясняю такое агрессивное порицание тех, кто "Пастернака не читали, но осуждают". Ты преурасно знаешь, как ведут себя авторитарные режимы, когда сталкиваются с противодействием своей, родной, лелеемой и индустриально прлизводимой агитке.

Ты опять поднимаешь вопросы, явно выходящие за рамки простого обсуждения в комментах. Или я их поднимаю?

Я не могу тебе ясно возразить, как и не могу полностью тебя поддержать. Вероятно, есть ощущение, что ты и прав, и не очень. В частности, там, где ты выбираешь "либо-либо". Я вполне готов принять версию "и-и". И литература, и предложение поговорить о взаимном признании ошибок -- на литературной почве, разумеется, а не политической или какой-либо другой.

И я не вижу в таком предложении ничего плохого -- это, как мне представляется, позитивное предложение.

А с последним твоим предложением я согласен на все 120%.

на мой вкус, роману не хватило очень хорошего литредактора. С остальным мне все более или менее ясно, я чисто как читатель говорю.

Соглашаюсь. Чисто как читатель :)

Марк, я как раз собирался прочесть этот роман, и ты убедил меня в правильности выбора.
Что касается этой темы у русскоязычных авторов, то я рекомендовал бы книгу Светланы Алексиевич "Время Second Hand" - это книга о разных межнациональных конфликтах, есть и армянская тема. Правда, не знаю, вышла ли книга, я читал отрывки в журнале.

Спасибо большое! Сейчас поищу книгу Алексиевич, которую знаю как очень искреннего и хорошего писателя.

И, представьте, когда я писал эту рецензию, я думал о вас. Можно, наверно, назвать это совпадением.

По поводу стратегии скандала в литературе.
Сейчас часто привлечь внимание к тому или иному литературному тексту можно через скандал.
Не думаю, что Айсили как человек старшего поколения играл в эти игры, когда писал свой роман.
Я плохо знаю современную армянскую и азербайджанскую литературу.
Немного знаю про современную грузинскую.
Есть сравнительно молодой прозаик Бурчуладзе, который берет табуированные для грузинского "коллективного бессознательного" темы.
По-видимому, умело наступает на больные мозоли.
О нем много говорят в Тбилиси.
Как правило, ругают.
Но есть и поклонники среди "продвинутой молодежи".
Его критиковал сам Саакашвили.
Его единственного из современных грузинских прозаиков переводят издают в России.
В известных издательствах.
Он написал роман о войне 2008-го года.
Я его пробывал читать, но не пошел у меня пока.
Я не любитель постмодернизма в стиле Пелевина и Сорокина.
Но прочесть надо, чтобы судить о совр. груз. литературе.

В Грузии сейчас как и в России может вызвать скандал антиклерикальный или "богохульный" текст.
Несколько лет назад был скандал с юным романом грузинского прозаика, где кощунственно в названии обыгрывался имя Богоматери и непристойное слово.
Был скандал с "православными активистами".
Я роман не читал. По-грузински я не читаю.
По отзывам грузинских писателей, моих знакомых, он слабый.
В Литве в 90-е годы был скандал с романом одной писательницы.
Там шла речь о любви ксендза и прихожанки.
Я читал отрывок.
На русский переведен только отрывок из романа.
По отрывку видно, что это очень высокий уровень письма.
Интересно, были ли какие-нибудь скандалы в современной армянской литературе?

В Грузии есть несколько писательниц, которые пишут на "табуированные" темы положения женщины в семье - критикуют традиционно-патриархальную модель грузинской семьи.
Пишут об изменах жен мужьям.
И так далее.
Опять же я эти тексты не читал.
На русский язык они не переведены.
Но никаких крупных скандалов они не вызвали.
Наверно, потому что серьезных писателей мало кто читает сейчас везде.
И потому что, скандальность не сочетается с талантливостью.
Запомнилось название романа одной грузинской писательницы "Стеклянное влагалище":))

Н-да. Название так себе...

Тоже хотела спросить, писали ли в Армении о войне что-то, кроме публицистики высокого накала. Но из комментов поняла, что нет. Нет современной армянской литературы? Писатели, которых я знала, - очень старшее поколение. Они уже умерли. Сейчас кто-нибудь пишет беллетристику в Армении?
По теме фильм вспомнила только - "Прогулка в Карабах", но и тот грузинский.

Если о теме, то был блестящий фильм Вардана Ованесяна "История людей на войне и в мире - Карабах". Совершенно блестящий фильм.

Беллетристику пишут, конечно. Но, видимо, ей нужен прорыв, выход за пределы Армении.

Вот в 2005-м году вышел номер ДРУЖБЫ НАРОДОВ, посвященный Армении - http://magazines.russ.ru/druzhba/2005/2/

Есть статья с обзором современной армянской литературы - http://magazines.russ.ru/druzhba/2005/2/eg22.html

Есть и свои скандалисты в армянской литературе -
"Не случайно одним из самых читаемых авторов последних полутора десятков лет стал Гурген Ханджян. Его герой — человек, отвергнувший общество. Не социалистическое, не капиталистическое — любое. Это человек, глубоко, можно сказать, онтологически разочарованный. Все институты общества вызывают у него отвращение. Человек нравственно болен, болен неизлечимо. Один из романов Ханджяна называется “Больница”. Больница выступает здесь своеобразной моделью мира. Все ее обитатели страдают тяжелыми недугами — скорее, впрочем, душевными, нежели телесными. Тяжелое сочинение, насыщенное многочисленными подробностями подпольного, не освещенного бытия человека, его самых низменных инстинктов. К изображению этих инстинктов Ханджян питает слабость.

Вот и последний его роман — “Садись в поезд "А"” — изобилует детальными описаниями человеческих пороков, особенно из области секса. У многих читателей это вызывает резкое неприятие — вполне понятное и объяснимое, особенно у читателя армянского, привыкшего к совершенно иной литературе. На страницах газеты “Гракан терт” (нашей литературной газеты) идут настоящие баталии вокруг этого романа. Но Ханджян уже утвердился в современной армянской литературе. Молодые читатели с пониманием воспринимают его книги.

Ханджян уловил характерные черты современной жизни. Все осточертело: и общество как таковое, и то, что составляло смысл жизни многих поколений. Идеалы и лозунги стали пустыми оболочками, лишенными содержания. Герои Ханджяна выступают против этой пустоты. Это бунт отчаявшихся людей. Бунт без определенных целей, который больше разрушает, чем созидает. Но эти отчаяние и бунт — реальность нашего времени. Показывая эту реальность, Ханджян отказывается от того, что мы раньше называли эстетическим идеалом, — потому что реальная жизнь разрушила все идеалы. Можно сколько угодно осуждать его героев и его самого. Можно указать на то, что его герои — нравственно больные люди (чего он и не скрывает). Вполне обоснованно можно утверждать, что сама эта литература — больная литература (вероятно, автор будет против такого определения). Но вот что нужно понять: это — больная литература больного времени. В такое время мы живем. Самыми высокими вершинами в литературе для меня остаются Туманян и Толстой. Но писать так, как писали они, сегодня уже, к сожалению, невозможно.

Важно осознать и то, что Ханджян не одинок в сегодняшней армянской литературе. Он самый талантливый из тех, кто показывает дно жизни и души человека. Но можно говорить о целом поколении прозаиков и поэтов, сосредоточенных на изображении порочной физиологии человека. Среди них тоже есть одаренные люди. Скажем, поэт Виолет Григорян. Ее поэзия вызвала бурю негодования. Помню разъяренную читательницу, которая в дни писательского съезда искала Виолет, чтобы наказать за “нехорошие стихи”. Виолет Григорян, скорее всего, переигрывала, показывая в своей поэзии неэстетичные стороны человеческого существования. Но она приносила в поэзию реальный пласт языка и жизни. Сама литература в целом перестает быть эстетическим (прекрасным!) явлением человеческого духа..."


Я знаком с творчеством обоих и мне нравятся стихи Виолет. Что касается Гургена Ханджяна, то его проза, как мне кажется, немного груба. Ей нужна постмодернистская утонченность -- без нее произведения становятся скучными, теряют пласты смыслов и сюжетов.

И они оба -- из моего поколения. Молодыми их можно было назвать несколько лет назад.

Про Виолет Григорян мне рассказывали грузинские поэты.
Вспомнил.

?

Log in

No account? Create an account