Previous Entry Share Next Entry
24 апреля
50
markgrigorian
Сотни тысяч людей пойдут сегодня к памятнику жертвам геноцида в Ереване, чтобы почтить память своих предков, павших жертвами массовых убийств армян в Османской империи. 

И несколько сотен человек выйдут на одну из центральных площадей Стамбула, чтобы уже в третий раз провести траурную акцию в честь армян, погибших во время геноцида. Среди этих людей, конечно, будут армяне, но будут и турки. И это очень важно. 

Я же хочу ознакомить вас с отрывками из беседы, которую я записал в 2004 году с Питером Балакяном -- известным американским поэтом, писателем и исследователем. Его поэзия и проза удостоились множества литературных премий. 

Как-то так получилось, что Питер сам попросил меня записать с ним беседу. Он был в Лондоне -- приехал провести презентацию своей книги "Горящий Тигр: Геноцид армян и ответственность Америки". (Впоследствии эта книга получила премии Рафаеля Лемкина, "New York Times Notable Book" и "National Bestseller"). Мы оба знали, что беседа не для эфира. 

Я спросил: не потому ли он занялся изучением геноцида, что сам армянин? 

Питер Балакян: Не могу отрицать, что, по большей части, моя связь с изучением истории армянского геноцида связана с моим армянским происхождением. Но должен также сказать, и очень громко, что геноцид армян является международной проблемой прав человека. Я не думаю, что эта проблема как таковая – только армянская, я не думаю, что нужно быть армянином, чтобы быть обеспокоенным и заинтересованным в [изучении] истоков этой истории, потому что история армянского истребления оказала большое влияние на культуру ХХ века. Век геноцидов начался с геноцида армян. В некотором роде, геноцид армян стал шаблоном для геноцидов, которые были позже. (...)

-- Как ты думаешь, геноцид - это гуманитарная, или политическая проблема? Или есть и другие грани у этой проблемы?

Питер Балакян: Как ученый, занимающийся сопоставительным изучением геноцидов, я понимаю, что геноцид, этот самый ужасный человеческий акт, который только можно представить, – уничтожение группы людей или расы – всегда является результатом сложного сочетания факторов. Это можно увидеть в любом геноциде в истории. Есть экономические, социальные, политические, религиозные факторы, влияющие на правительства, которые в периоды отчаяния и отсутствия безопасности, стремятся маргинализировать и сделать козлом отпущения [одно из существующих] меньшинств и обвинить его в проблемах, за которые, конечно, оно не отвечает.

В более широком экзистенциальном измерении, говоря о маргинализации и обвинении беззащитных людей или представителей меньшинств, я думаю, мы встречаем и глубинные человеческие проблемы. Проблема предубеждения. Проблема фанатизма, желания обвинить во всем тех, кто слабее… Вы найдете в историях всех геноцидов, что геноцид – это односторонние убийства. И что же таится в человеческой психике, что заставляет убивать тех, кто слабее? Это экзистенциальное измерение, с которым нам приходится сталкиваться, когда мы спрашиваем, почему европейцы решили так поступить с еврейским народом? Почему хуту решили так поступить с тутси? (...)

-- Одна из граней проблемы в том, что отрицание геноцида стало частью национальной идентичности турецкого народа. Не видите ли вы элемента тупика, возникшего, потому что если для армян боль геноцида есть часть национальной идентичности, то и отрицание геноцида тоже стало частью национальной идентичности?

Питер Балакян: ... ты имеешь в виду, что это становится своего рода монолитной скалой? То есть, обе культуры как бы заперты в своей противоположной идентичности, связанной с этим явлением?

-- Да.

Питер Балакян: Да, и это еще хуже, это делает ситуацию сюрреалистичной, оруэлловской, что культура, совершившая преступление, не может критиковать свое прошлое и признать преступления своей собственной истории. Я думаю, что на пользу Турции будет, особенно в свете ее желания вступить в Европейский Союз и стать частью Запада, если она разработает методы и механизмы критической самооценки, потому что это действительно основа демократии, демократической культуры. Чем демократичнее культура, тем больше ее институты способны на критику своего прошлого. В тоталитарных обществах господствует ложное представление о прошлом, в котором все было исключительно прекрасным и славным.

Думаю, в турецкой стене появились небольшие трещины. Есть турецкие ученые, которые признают геноцид армян, которые пишут книги о нем, которые открыто говорят о нем... и я слышал, что в Турции есть много молодых людей, которые хотят, чтобы был сделан этот шаг к признанию и пониманию того, что случилось с армянским народом в Османской империи. Так что, думаю, здесь есть надежда на перемены...

-- Когда мы представляем геноцид на политическом уровне, то есть, оказываем давление на правительство Турции, не дает ли это обратного эффекта? Может, есть смысл действовать не в конфронтации, а в сотрудничестве, чтобы признание состоялось?

Питер Балакян: Я за все стратегии, которые помогут найти истину и воплотить в жизнь армяно-турецкое примирение. Думаю, есть несколько положительных примеров тому, как ученые-армяне и турки вместе работают над изучением и описанием геноцида армян, подтверждением того, почему это произошло и как это произошло. Это происходит в США - группа историков занимается этим. Самый известный турецкий историк Танер Акчам является автором нескольких очень хороших книг о геноциде армян на турецком языке. И эти книги ... их читают подпольно. Так что, думаю, это все – положительное, и чем больше таких примеров, тем лучше.

Так или иначе, так всегда бывает в социальных переменах. Социальные перемены, на мой взгляд, проистекают из образования, а образование должно работать снизу доверху, Так как силовые структуры на верхушке всегда самые устойчивые. То есть, военные и бюрократические правительственные силы. Они наиболее устойчивы к изменениям, потому что они не умеют меняться.

Турецкое правительство должно быть привлечено к ответственности – своим собственным народом – оно должно оказаться в таком положении, чтобы почувствовать себя в достаточной безопасности и критически посмотреть на свою историю. И я думаю, это очень важно для того, чтобы общество Турции стало более зрелым.



И в конце -- армянская народная песня "Рано утром". Это обрядовая свадебная, которую поют, одевая невесту под венец. 

Исполняет песню группа турецких музыкантов. Они назвали свое исполнение "Дождливым апрельским днем" и посвятили ее "памяти жертв 24 апреля". 



(За песню спасибо френду gevorgpetrosyan)

  • 1
Примите и мой поклон.

Какие красивые музыканты.
Я прочитала Ваше интервью, слушала музыку, смотрела на прекрасные лица и думала, почему все не могут быть такими?! Ах, дурацкий вопрос! Не отвечайте. И спасибо. Я вспомню завтра утром, когда будет 24-ое.

(Deleted comment)
спасибо, я получила прекрасное утро

Марк, спасибо. Можете отправить пост еще и в music_action?

Я об этом думал, знаете...

Если по каким-то причинам это неудобно, то я мог бы сам скопировать. Еще раз - спасибо за пост. В новостях еще это было: http://www.regnum.ru/news/polit/1524280.html. Т.е. в самой Турции подвижки все же есть.

Если вы мне поможете в этом, я буду крайне благодарен, потому что я сейчас на работе и ЖЖ вижу урывками.

И действительно в Турции есть подвижки. Общество в Турции не такое монолитное, как полагают многие.

Спасибо, надеюсь вы не против, что я поместила это видео на наш сайт http://crd.yerphi.am/Video_of_the_Day со ссылкой на вас

Разумеется, ничего не имею и не могу иметь против. Наоборот, я приветствую этот ваш шаг.

(Deleted comment)
Ваша запись была переопубликована на сайте www.Blognews.am. Спасибо!

Помницца году в 13 дашнаки решили что турецкое общество уже созрело...Не будет исламское общество зрелым не будет рефлексии ни у кого нигде никогда

Но ведь турецкое общество совершенно необязательно исламское, правда? Есть сильный светский элемент.

Вам не очень правильно "помницца", потому что армянские партии поддерживали младотурок еще до 13 года -- в 1907 году. Но есть тут одно очень важное "но" -- историки традиционно рассматривают отношение армянских партий к правительству Турции как конфронтационное. Это не совсем верно, потому что они представляли абсолютно интегрированное меньшинство. Армяне были составной частью Османской империи, армяне продолжали быть ее составной частью даже после резни 1794-96 годов. И это очень важно представлять, потому что иначе мы теряем правильный контекст.

Уфф в третий раз отправляю, простите за краткость. И даже кемалистская Турция сегодня терпит поражение куда уж там до зрелого общества. А мусульманское общество не может быть зрелым а) нет прецендента б) носители данного общества всегда будут маргиналами для исламистов и демократ-националистов. Насчет армян в Турции. Да в Стамбуле можно сказать что были абсолютно интегрированным меньшинство но на родине Комитаса, Западной Армении очень сомневаюсь.

Повторю: с чего вы взяли, что турецкое общество -- мусульманское? У меня такое ощущение, что вы не знаете современной Турции и судите о ней по пубикациям в российской и, возможно, армянской периодике. Уж извините за прямоту, но ваши рассуждения прямо ведут к такому ощущению.

  • 1
?

Log in

No account? Create an account