Previous Entry Share Next Entry
Скандал с прослушиванием телефонов. Несколько выводов
50
markgrigorian
Два дня продолжались парламентские слушания, связанные со скандалом вокруг нелегального прослушивания голосовых сообщений мобильных телефонов.

Отец и сын Мердоки, одна из экс-редакторов газеты News of the World (NoW), а потом и руководителей британской ветви медиа-империи Мердока Ребека Брукс предстали перед одной из комиссий парламента, подавшие в отставку руководители Скотланд-Ярда предстали перед другой, премьер-министр отвечал перед Палатой общин…

Выяснилось, что газета NoW – или, вернее, некоторые работники газеты – какие, выяснит следствие, – давали указания прослушивать тысячи мобильных телефонов и платили полицейским за эксклюзивную информацию. Это, как я могу понять, уголовные преступления. Когда кое-что из этого всплыло, руководители NoW подали в отставку. А потом один «всплыл» как пиар-консультант полиции, другой – как пиар-менеджер премьер-министра…

Выяснилось, что в отделе по связям с общественностью полиции в какой-то момент работало 10 человек, имевших в прошлом отношение к NoW, причем примерно в то же время полиция не стала расследовать истории с хакерскими взломами мобильников, а замначальника полиции «порекомендовали» не рассказывать премьеру об этом скандале, то есть, предложили скрыть эту историю от главы правительства.

Это, безусловно, крупный скандал. В ходе парламентских слушаний Ребека Брукс сказала, что полицейским платили «все на Флит-стрит» – но не она сама (когда-то редакции всех газет были на Флит-стрит и сейчас по традиции, когда в Англии хотят сказать «СМИ», говорят «Флит-стрит»). Я не ставлю под сомнение это ее высказывание – по этому вопросу ведется следствие – но когда такую фразу слышишь от одного из бывших руководителей одной из очень популярных газет, складывается впечатление, что какие-то люди в полиции работали на деньги бульварных СМИ.

А как это называется? Правильно, коррупция.

NoW закрыли. Но вся история явно повлияла на уровень доверия общества к СМИ и полиции. А здесь, в Британии, полиция очень внимательно следит за тем, чтобы ей доверяли. И это, в общем, правильно.

Но есть проблемы и у политиков. Как получилось, что люди, вышедшие из медиа-империи Мердока смогли влиять на решения, непосредственно связанные с политикой? Ведь в Британии на выборах разных масштабов выбирают все-таки политиков, а не журналистов. Как получилось, что политика и журналистика оказались так близки?

Эти вопросы не только взбудоражили британское общество. Они будут обсуждаться на протяжении еще нескольких месяцев и обязательно окажут влияние на то, как будет развиваться журналистика. И какими будут взаимоотношения между представителями первых трех ветвей власти и «четвертой». Это, безусловно, коснется не только Британии, но и других стран Запада.

В выпуске новостей на телеканале Sky News ведущая спросила бывшего министра внутренних дел Британии: «Как же теперь будут бедные голодные политики, которые не смогут обедать и ужинать за счет журналистов?»

Помните, кто танцует девушку? Правильно, тот, кто ее ужинает.

И этот вопрос показывает, как нерелевантна эта ситуация тому, что происходит на постсоветском пространстве.

Потому что в роли девушки выступают не политики, а журналисты. Говорить о «чрезмерном сближении» политиков и журналистов в странах, где вторые часто (очень часто) обслуживают интересы первых, где первые выплачивают им зарплаты, просто не имеет смысла, потому что там уже состоялось не сближение, а слияние.

Конечно, я не говорю обо всех. Исключения есть. Их мало, они подтверждают правило, но они, безусловно, есть.

Вопрос в тенденции. Конечно, можно сказать «это нас не касается» и продолжать жить, как ни в чем не бывало. Но лучше бы, конечно, подумать и постараться извлечь уроки. Какие?

Первый урок – это урок прозрачности. Когда премьер-министр страны встает перед парламентом и оправдывается в том, как и почему он нанял на работу бывшего редактора газеты, уволившегося из-за скандала, это значит, что уровень прозрачности высок. А это значит, что общество здоровое. И оно находит в себе силы исправить допущенные ошибки. Да, коррупция, видимо, была, но она расследуется.

Второй урок – это урок этики. Деятельность журналиста и СМИ регулируется законами, но еще больше – этикой. Нарушая этику, журналисты подошли к опасной границе нарушения законов. И не заметили, наверно, как перешли ее. Это подчеркивает важность этики и абсолютную необходимость ее соблюдения.

(Я снабжаю все свои выводы вводными «наверно», «видимо», потому что расследование идет и неизвестно, как закончится. В таких условиях правильно не быть категоричным.)

Третий урок – это урок профессионализма. Погоня за сенсациями ценой подкупа и прослушивания телефонных сообщений – все-таки это не высший класс профессионализма. Информацию надо добывать, но надо это делать законно. Да, это очень трудно. Ну и что?

  • 1
Про этику как раз больше всего думала, когда слушала и троицу из News Corp. и сегодня Кэмерона.

Да, это очень серьезный вопрос. Вот еще бы рассказать нашим, что такое integrity...

Рассказать можно, только вот поймут ли. Вот в чем вопрос.

извините за занудство

вообще-то исключения правило вовсе не подтверждают. Это латинское выражение значит совсем другое. А марксисты его извратили, чтобы оправдать свои неработающие правила.

Re: извините за занудство

"Занудство" с удовольствием принимаю. И обещаю больше это марксистское выражение не употреблять. Или, если и употреблять, то очень редко и с пониманием.

Re: извините за занудство

ты святой! а история гениальная между прочим

Re: извините за занудство

Я святой не весь. Так... местами...

А мне вот интересно, если бы журналисты не обнаглели и не стали бы прослушивать королевскую семью, стало бы это все известно?

А я не знаю. У меня нет ответа на ваш вопрос. Наверно, стало бы известно, но позднее. И чем позднее, тем скандал тяжелее. Хотя, казалось бы, уж куда тяжелее...

Для меня самое важное - это публичное обсуждение и пресечение журналистской безнаказанности.
В последнее время я с тихим возмущением наблюдаю то, как журналисты становятся священными коровами. И, видимо, нужен был скандал вроде этого, чтобы все общество стало обсуждать как журналистскую этику, так и те границы, за которые журналисты заходить не должны.

Но я надеюсь, что ты понимаешь, что журналистика на Западе и в постсоветских странах работает по-разному. Я имею в виду, что принципы функционирования разные.

Разница, всего лишь в степени неприкосновенности, а не в чем-то ином, в данном случае.
Как оказалось, эта неприкосновенность развязала руки всем: редакторам, медиамагнатам, полицейским...
Именно это я имел ввиду, когда говорил о безнаказанности журналистов.

Я прекрасно понимаю, что принципы разные. Но даже если случаи подобного скотства, порожденного безнаказанностью, мы наблюдаем во вполне себе цивильной Великобритании, то я боюсь даже задуматься о кол-ве этого скотства, которое водится у нас.

Давай я не буду употреблять термин "скотство", ограничусь словосочетанием "незаконные методы". Так вот: если здесь, на Западе, журналисты кормят политиков, то в постсоветских странах ведь все наоборот -- это политики прикармливают журналистов. И хотя был это одно уже создает совершенно иную атмосферу.

Это не совсем так. Мердок неясно кто - политик или бизнесмен. Вернее так - бизнесмен такого масштаба - всегда политик. Поэтому кто кого кормит, кормит ли вообще, и как это меняет градус журналистской нечистоплотности это совсем другая тема, которую я с радостью с тобой обсужу отдельно.

Говоря о скотстве я имею ввиду случай с Милли Доулер. Случай, когда нанятый газетой детектив удалил сообщения с войсмейла пропавшего человека. Уничтожил потенциальные доказательства, Марк, в погоне за сенсацией. Сорри. Если применимо к слежке за звездами и политиками - мы можем говорить о незаконных методах, то в данном случае (а также история с болезнью сына Г.Брауна) - это откровенное, наглое человеческое скотство.
И именно потому, что ты избегаешь дать личную и эмоциональную оценку, мне немного обидно.

Мырза, не путай, пожалуйста, Мердока с рядовым журналистом. Политиков кормят обедами простые журналисты.

А что касается Милли Доулер, то это, конечно, скотство. И, боюсь, не только ее. Истории вылезают одна за другой.

  • 1
?

Log in

No account? Create an account